Выползаем на воздух примерно в восемь часов утра. Все трое чувствуем себя просто обалденно и, оказавшись дома, падаем в гостиной, курим дурь, травим байки и хохочем еще часа три, пока, наконец, не добираемся до кровати изможденные, но счастливые. После хорошей вечеринки, как после дня тяжелой физической работы, появляется гордое чувство, что ты славно потрудился и чего-то добился. Это что-то наполняет вашу плоть и служит телесным напоминанием о том, что вам удалось, пусть и всего на несколько часов, вознестись над земными делами.
Секс-клуб как явление возник за пределами рейв-культуры, обсуждаемой в большинстве текстов о клаббинге. Сексуальные пространства всегда существовали в нашем обществе, однако их рост в качестве социальной арены резко ускорился после того, как в 1986 году открылся первый в Лондоне коммерческий секс-клуб. У клубного опыта появилось новое измерение. Толпы людей приходят в секс-клубы, чтобы насладится откровенной публичной сексуальностью, и здесь они готовы воспринять гораздо более радикальные формы сексуальной демонстрации, чем те, что встречаются в обычных клубах. Правила поведения заключают основные социальные практики клубной среды в более жесткие рамки, одновременно защищая и освобождая сексуальную природу мероприятия, а строгие требования к одежде имеют целью отсеять зевак. Такая исключительность необходима, поскольку пространство сексуального клуба находится еще дальше от повседневного мира. Некоторым это может показаться чрезмерным: они пугаются, чувствуют, будто они сами и их нравственные принципы подвергаются некой опасности, или же могут просто возбудиться и потерять голову настолько, что начнут буянить, хамить и докучать окружающим.
Секс-клубы — это не место оргий, куда достаточно проникнуть, чтобы с кем-нибудь переспать. В таких пространствах действуют те же социальные правила, что и в остальной части клубной среды. Не каждый из посетителей желает перепихнуться или выпороть кого-нибудь плеткой. Многие просто наслаждаются возможностью открыто выразить эротическую сторону своей лично-сти — носить соблазнительную одежду, вести себя развратно, воплощать фантазии и демонстрировать желания. Они делают это ради самих себя и отнюдь не всегда хотят привлечь кого-то еще.
Я встречал в клубах немало пар, находивших особое удовольствие в возможности вычурно нарядиться, чтобы насладиться соблазнительным шармом друг друга. Они обращали внимание на те грани личности своего партера, о которых легко забыть, если сводить досуг к просмотру телевизионных программ в гостиной и бродить по дому в растянутом трико. Наблюдая за тем, как ваш партнер изгибается в возбуждающем наряде на танцполе, и пожирая глазами его тело, можно испытать огромную радость. Это мощный акт обновления ощущений, способный заново разжечь огонь страсти, едва не угасший в чувственном вакууме повседневности. Послушаем, что говорит об этом мой информант:
Мне нравится, когда мы [он и его жена] наряжаемся и выходим в свет. Она выглядит потрясающе, но подобные места — единственные, где у нас хватает смелости появиться в таком облачении. Зато в такой одежде она меня чертовски заводит. Это своего рода предлог, чтобы вести себя по-настоящему сексуально, и повод, чтобы приложить усилия. Вы возбуждаетесь, флиртуете, танцуете и просто наслаждаетесь общением со страстными сексуальными людьми. Когда мы возвращаемся домой, то всегда трахаемся, словно кролики — так сильно это нас возбуждает.
За этим не обязательно должно следовать что-либо еще. Уже само пребывание в таком месте, где люди славят секс и наслаждаются им, где они одеваются, чтобы волновать как себя, так и окружающих, имеет особую чувственную прелесть. И все же многие на этом не останавливаются; им нравится обмениваться партнерами и экспериментировать с сексуальным влечением. Приведу в пример высказывание Таппи Оуэна — организатора «бала сексуальных маньяков»:
