В тот год у нас было много места, и мы решили выделить площадку под открытый кинотеатр на несколько автомобилей. На экране демонстрировали порнофильмы. Одна парочка забралась в машину и так увлеклась, что вокруг собралась целая толпа. Они явно не на шутку завелись и трахались, не обращая внимания на окружающих. Это продолжалось несколько часов. Люди в толпе менялись, а те никак не могли угомониться. Короче говоря, я видел их уже под утро, и они все еще были возбуждены. Они подошли ко мне, поблагодарили за вечеринку, сказали, что все было здорово, а затем добавили, что им и в голову не приходило, как они могут отрываться. «Сексуальные маньяки» была первой сексуально ориентированной вечеринкой, на которой они побывали. Они думали, что это будет просто небольшой забавой, а получили роскошный сюрприз. В общем, несколько месяцев спустя я вновь о них услышал. В своем родном городе они основали клуб, который стал пользоваться популярностью, и они были исполнены в связи с этим энтузиазма. Таким образом, один-единственный опыт навсегда перевернул всю их жизнь. Они открыли в себе нечто такое, о чем раньше и не подозревали.
Таков секс как совместное приключение или процесс открытия, превращающий смутные, часто потаенные желания в санкционированные обществом реалии. В секс-клубах можно обнаружить самые разные желания или стать свидетелем новых возбуждающих сексуальных сценариев, о которых вы раньше не задумывались. Данная среда позволяет рассматривать секс как игру приходящих к согласию взрослых людей, а не как практику, скованную ограничениями моногамии и приличий.
Одно из замеченных мною качеств секс-клубов кратко можно описать так: к ним очень быстро привыкаешь. Достаточно побыть в их среде двадцать минут, и происходящее перестает казаться диковинным, поскольку социальная атмосфера кажется исключительно легкой. Характер участия людей в процессе может различаться: нарядно или соблазнительно одеты все, потому что таково предъявляемое к гостям требование, однако той или иной публичной формой секса занимается не каждый. Некоторые тусовщики устраивают для других шоу в темнице. Другие наслаждаются собственной сексуально-стью, которую являют миру. Третьи занимаются сексом. На одной из вечеринок я оказался по соседству с парой за сорок. Мужчина был обнажен, если не считать прикрывавшего член ремешка и жакета из змеиной кожи. Женщина в нижнем белье сидела рядом со мной и делала своему партнеру минет. Они купались в лучах всеобщего внимания около десяти минут, а затем направились в бар за выпивкой. Это не был жесткий секс: они посмеи-вались, когда шли к бару, ведь для них это была сексуальная игра в безопасном месте.
Большинство тусовщиков не склонны заниматься сексом на людях. Они приходят в соответствующие клубы, чтобы насладиться чувственной атмосферой заведения, покрасоваться в своем наряде и получить удовольствие от иной сексуальной реальности. Это мир соблазнительных взглядов и манящих улыбок, мир тел, открыто заявляющих о своей сексуальности на жарком танцполе, мир радующихся, смеющихся и возбуждающихся людей. Кроме того, в таких местах все очень вежливы и обходительны. Чувственная общность не менее важна, чем секс. Она создает ощущение причастности к тайному братству, старающемуся отгородиться от нравственного влияния повседневного мира, и таким образом является социальным оправданием особой этической позиции, в соответствии с которой краеугольным камнем данной среды является согласие. Секс перестает быть тайным, частным актом. Ему не обязательно «говорить» (Фуко 1981]) 1, чтобы получить оправдание, достаточно служить воскресным ночным досугом, а собравшиеся будут радоваться порождаемой им страсти и игре.
