В клубной толпе незнакомцы становятся попутчиками на дороге наслаждения, неотъемлемым атрибутом удовольствия от клаббинга. Если вы не взглянете на них иначе, чем это принято во внешнем мире, то не проникнетесь клаббингом, поскольку будете постоянно воспринимать толпу, сохраняя эмоциональную и социальную дистанцию. Наблюдаемые в клубах изменения социальной практики кажутся чрезвычайно простыми, но их можно достичь лишь посредством радикальной трансформации чувственно-социального эго человека. Когда тело города отбрасывается, люди перестают восприниматься в качестве безликих объектов, ведь их радость и страсть становятся настолько заразительными, что им хочется сопереживать. Клубы дают возможность взаимодействовать с окружающими так, как это было бы немыслимо в других общественных местах.
В честь семьдесят первого папиного дня рождения я взял его в клуб на кипучий и напряженный звуковой поединок, на котором мне предстояло выступать в роли MC 1. Отец не знал, чего ожидать, а я понятия не имел, понравится ему или нет. Мы заранее договорились, что его от-везут домой в любой момент, как только ему наскучит. В три часа ночи он все еще был на переполненном танцполе, получал удовольствие и зажигал с моей подружкой, присматривая за ней, пока я разрывался между ми-крофоном и нашим столиком. Все смотрели на него с улыбкой, кто-то подходил, чтобы обнять или поцеловать его. Ему было так жарко, что пар едва не шел из ушей. Вечеринка получилась роскошная, а он отрывался, как настоящий профи, танцевал от души, болтал с народом, говорил, что «на седьмом небе от счастья».
Мой папа никогда прежде не погружался в современную клубную среду, но его собственная ментальная модель поведения на вечеринке, создававшаяся, казалось бы, в совершенно иных пространствах, позволила ему усвоить клубный опыт и насладиться им. Но это оказалось бы невозможно без его желания применить такую модель на практике. Как сказал мой информант:
Люди не могут оставаться безучастными в клубах и в толпе. Они участвуют и отдают частичку себя социальной ситуации, в которой находятся. Кто поступает именно так, как правило, является личностью, полностью выкладывающейся в любой социальной ситуации, будь то вторая свадьба отца, день рождения бабушки или что-то еще. Они — лучшие; таких то и хочется видеть в клубе. Но, мне кажется, нужно помнить, что наряду с активными игроками всегда есть «балласт»
Мой отец подытожил свои впечатления после вечеринки. Он признался, что не был уверен, стоит ли ему идти, и не знал, во что ввязывается. И все же он решил отправиться, ведь «его ожидало приключение». Вне зависимости от ситуации он был готов «остаться до конца и получить максимум удовольствия», что и сделал. Папа танцевал при любой возможности. Если к нему подходил кто-нибудь из гостей, он с готовностью вступал в беседу. Устав, он присаживался, чтобы передохнуть, болтал или просто с умиротворенным выражением лица наблюдал за происходящим, пока не набирался сил, чтобы вновь окунуться в гущу событий. Когда едва одетые девушки подходили к нему, чтобы его поцеловать, он прямо светился от счастья. Он ни от чего не отказывался и старался охватить все, причем наверняка был самым трезвым человеком в клубе, поскольку выпил лишь две порции виски. Между мной и другим клаббером произошел такой диалог:
— Это твой папаша?
— Да.
— Вау! Надеюсь, я тоже смогу так отрываться в его годы. Он похож на ураган.
— Да, он меня научил, что в жизни по-настоящему важно.
Желание активно соучаствовать и наслаждаться ночью — это тот фундамент, на который опирается характерное для вечеринки настроение. Никто не отправляется в клуб с намерением провести дерьмовый вечерок. Но существуют помехи, мешающие посетителям достичь высокой степени включенности в происходящее. Чувственная интенсивность клубной среды является той соблазнительной силой, которая помогает преодолеть эти помехи и превращает намерение в материализованную действительность. Вот что говорит один из мужчин:
