Где‑то в коридоре послышался топот, шум борьбы и ужасающие ругательства, от которых в другое время в организме Люси Антиповой остановился бы обмен веществ. Клебовников среагировал первым. Он резво подскочил к двери и выглянул в коридор. Тут же втянул голову обратно, потом снова высунулся. По коридору, громко матерясь, бежал глава холдинга «Викинг» Евгений Иванович Зимин. Он пригибался к земле и прикрывался руками. За ним огромными прыжками неслась Клара Шурьянова, похожая на расшалившуюся самку гориллы. Время от времени она выбрасывала руку и метала в удирающего Зимина тяжелые дротики, которыми обычно поражают игровую мишень.
— На баб нападать?! — кричала она, перекрывая отборный мат, который сыпался из Зимина, как просо из дырявого мешка. — Унижать? Подличать? А они, значит, бедняжки, молча утирайся?!
— Ее надо поймать, — сказал Клебовников, когда оба пронеслись мимо, потусовались в конце коридора и повернули обратно. — Я попытаюсь подставить ей подножку, а вы прыгайте сверху, — приказал он всем сразу и никому конкретно.
— Завалим, — дружно пообещали типы и пояснили: — Мы профессиональные каскадеры. У нас выучка.
— У Клары тоже выучка, — предупредил Клебовников. — Поэтому будьте начеку.
Как только Зимин пронесся мимо кабинета, он выставил конечность, и Клара, налетев на нее, высоко подпрыгнула, перебирая в воздухе ногами. Через минуту все было кончено. Агрессорша лежала на полу и билась под двумя каскадерами, как сильная рыбина, выброшенная на палубу. Зимин остановился на безопасном расстоянии, тяжело дыша.
Люся, которая выступала в роли стороннего наблюдателя, неожиданно заметила какое‑то легкое движение справа от себя. Она повернула голову и увидела, что дверь соседнего кабинета — того самого, в котором была распахнута форточка, — приоткрылась и в щелке появился испуганный глаз. Люся могла бы поклясться, что этот глаз ей знаком. Только она никак не могла сообразить, откуда. Кто там прячется? Она сделала движение в направлении глаза, в ответ на которое дверь немедленно закрылась. Она даже услышала тихий щелчок замка.
— Там кто‑то прячется. — сообщила она Милованову, толкнув его локтем в бок.
Фотограф оттаивал медленно, как замороженный слон. Он посмотрел на закрывшуюся дверь странным взглядом и предположил:
— Думаю, это Агния Альбертовна Чузич. Или Чучич. Пучич… Кучич… — забормотал он. — Или, прости Господи, Жучич. Та самая — с бюстом и рубиновыми ногтями. Которая Люду Горенок увела.
— Отнимите у этой дуры мой мобильный, — потребовал тем временем Зимин, не спрашивая, кто такие его спасители и что они делают здесь, наверху. В ответ Клара принялась верещать.
Клебовников наклонился, вытащил из ее руки телефон и подал хозяину. Телефон немедленно зазвонил.
— Да, — резко бросил Зимин. Некоторое время слушал, потом возмущенно сказал: — Мам, ну что ты выдумываешь? Никто меня не похищал! Я в офисе, у меня все хорошо. По какому, говоришь, каналу? Ну, перестань‑перестань, успокойся. Я подам на них в суд за клевету. Нет, я не в шоке, даю тебе честное слово. Не верь журналистам: они врут, чтобы как‑то существовать.
Он отключил связь и, пожав плечами, сказал:
— Какой‑то бред! По телевизору объявили, что я похищен с вечеринки. Что вы на это скажете?
— Убиться веником, — ответила за всех Люся, представляя себя в постели с высоченной температурой. По меньшей мере простуда, а скорее всего — воспаление легких.
— И где они, интересно, эти?.. — Он произнес непечатное слово. — Мой помощник, мой шофер… Все эти нахлебники, которые не смогли уберечь меня от одной‑единственной чокнутой тетки?
— Да она просто пьяная, — заступился за свою коллегу Клебовников. — Мы сейчас ее отсюда быстренько увезем.
— В тюрьму, на пятнадцать суток, — подсказал Зимин.
Клару уже подняли на ноги и держали с двух сторон за локти. Она стояла смирно и смотрела на своего противника с надменной ухмылкой.
— Бандитка, — добавил тот с чувством. — Она бросила в меня пресс‑папье, а беспроводной «мышью» попала в лоб. И еще она плевалась, как верблюд в зоопарке.
— Жаль, не доплюнула, — ехидно сказала Клара.
— Скажите же мне, кто она такая!
— Ее на праздник пригласили, — неопределенно ответил Клебовников.
— Я уволю распорядителя вечеринки, — решил Зимин. — Вот только разберусь с помощником и шофером.
Фраза повисла в воздухе, потому что в эту самую секунду в коридор с лестницы влетел один из его заместителей и, увидев босса, воздел руки к небу в немой благодарности.
— Я же говорил этим идиотам, что с вами все в порядке! — заорал он, потрясая портативным приемником. — Журналисты просто как с цепи сорвались!
