В фонтане городского парка утонул знаменитый рок-музыкант, в собственной ванной погиб авторитетный коллекционер, а в декоративном прудике модного ресторана захлебнулась одна из посетительниц. В трагическую случайность никто не верит, ибо обстоятельства гибели каждой из жертв довольно странные.Для следователей в перспективе — это три очевидных «глухаря». А вот для блестящего аналитика Сильвестра Бессонова — возможность в очередной раз проявить уникальный талант частного сыщика. Преступный замысел изощрен и коварен, а нити расследования ведут далеко, в Южную Америку. При этом бесстрашному Сильвестру и его верной помощнице Майе приходится вступать в единоборство не только с вполне материальными злодеями, но также и с древними духами зла. А ведь начиналась вся эта история очень и очень сладко — один молодой преуспевающий бизнесмен купил шоколадную фабрику…
Вячеслав Алёночкин был просто-таки воплощением жизненного успеха — высокий, широкоплечий, модно и со вкусом одетый молодой мужчина с приятным загорелым лицом и обаятельной улыбкой. Дорогой костюм, дорогие туфли, очень дорогие часы. Не хватало только инкрустированной бриллиантами таблички с победным лозунгом «Жизнь удалась!».
В настоящий момент все это великолепие, только что покинувшее эксклюзивный салон своего роскошного авто, неспешно двигалось пешком по Моховой в сторону Воздвиженки, принимая как дань восхищенно-тоскливые женские и недобро-завистливые мужские взгляды.
Однако вопреки предположениям, которые могли строить на его счет многочисленные прохожие, направлялся Аленочкин не в шикарный офис, не в салон, торгующий лимузинами, и не в пафосный ресторан. И женщины, готовые по первому сигналу составить счастье этому фантастическому парню, и мужчины, желающие набить ему морду или как минимум наступить грязным ботинком на его безукоризненные туфли, сильно бы удивились, узнав, куда идет прекрасный незнакомец.
А шел Вячеслав Аленочкин в библиотеку. В Российскую государственную библиотеку, она же — Ленинка.
Слава Аленочкин не был здесь очень давно. Когда он был студентом геофака МГУ, то довольно часто пользовался услугами библиотеки, но последний раз входил в подъезд монументального здания, к созданию которого приложили руку известные архитекторы и скульпторы, на пятом курсе. Ему тогда потребовались дополнительные материалы для дипломной работы, а где было взять редкие, даже уникальные издания, на использовании которых настаивал дипломный руководитель, как не в Ленинке?
Поднявшись по стертым многими поколениями читателей ступенькам, Аленочкин оказался на знаменитой, неровно выложенной серыми плитками площадке. Вячеслав застал время, когда на этой площадке назначались романтические свидания, а на ступеньках люди с интеллигентными лицами делились информацией обо всем на свете, философствовали непризнанные гении и задумчиво размышляли о чем-то ученые, бьющиеся над разгадкой неведомых тайн. Здесь устраивали коллективные экспрессперекуры перед тем, как с головой погрузиться в океан знаний.
В настоящий же момент самые нижние ступени оккупировали бомжи и профессиональные нищие, отдыхающие перед плановым нашествием на богатый и щедрый к ним Новый Арбат. Выше, с неизменными пивными бутылками в руках, сидели и лежали неряшливые молодые люди, которых можно было заподозрить в чем угодно, только не в знакомстве с алфавитом.
Вячеслав не был человеком сентиментальным, ностальгия его не мучила, и жизнь он принимал такой, какой она была в настоящий момент, во всем ее многообразии. Однако увиденное его не порадовало, к тому же на ступеньках царила атмосфера вялой агрессии. Аленочкин почувствовал себя павлином, случайно приземлившимся на картофельное поле, где хозяйничает стая ворон.
Брезгливо поморщившись, он продолжил свой путь, перешагнув через чьи-то тощие волосатые ноги. Но прежде чем приступать к делам, Вячеслав решил уделить несколько минут памятнику, которого в годы его студенческой юности здесь не было. Раньше как-то случай не представлялся — пролетал мимо на машине, что там можно рассмотреть?
Памятник Аленочкина повеселил — с одного бока он удивительным образом напоминал Льва Толстого и лишь анфас оказывался Федором Михайловичем. Здесь же была и надпись, подтверждавшая — да, действительно Достоевский. К тому же великий писатель, странно скособочившись, как бы сползал с постамента, напоминая неловко присевшего в господской гостиной дворника.
«В принципе, — подумал Аленочкин, — такую скульптуру можно к нам в офис заказать. Поставить в холле и назвать „Вызов в службу персонала для увольнения по возрасту“. Эта мысль подействовала на Вячеслава благотворно, настроив на рабочую волну. В конце концов, он же сюда не на экскурсию приехал, а по делу. По очень важному, срочному и, надо заметить, весьма необычному делу.
Быстро пройдя несложную процедуру оформления, он приятно удивился тому обстоятельству, что довольно консервативное библиотечное дело уверенно шагает в ногу со временем и старается соответствовать современным реалиям — новые технологии и все такое. Тебя фотографируют, тут же заносят в реестр читателей и выдают ламинированный пропуск. Очередей нет, повсюду световые табло — красота!
Наконец Аленочкин приблизился к заветной цели. Теперь предстояла очень серьезная работа — найти правильный источник информации, если он вообще существовал. Изучить, сопоставить факты и сделать выводы. Какие — другой вопрос, но Аленочкин верил в успех. Он ведь реалист и прагматик, иначе и не взялся бы за это дело. «История с какао не может быть случайностью, — твердил он себе, роясь в картотечных ящиках и тщательно изучая карточки. — Таких случайностей не бывает. Здесь чувствуется закономерность и логика, а раз так — я выясню, где тут собака зарыта».
