Бетти аккуратно собрала листы и сложила на кровать. Потом открыла шкаф и водворила доску на место, закрывая проход в тайную комнату. Оттуда напоследок пахну́ло затхлостью, и Бетти поборола желание еще раз взглянуть на портрет.
Она принялась перебирать листы. Рисунки пожелтели от времени, но выполнены были очень искусно. Бетти задержала взгляд на наброске, запечатлевшем фасад их дома; у входа в коттедж «Черный дрозд» пышно цвели розы. Что-то здесь озадачивало, но что именно? Бетти проглядела еще несколько рисунков, где были во всех деталях – и с пометками – изображены разные цветы и травы. Потом на глаза попались ноты и стихи – куплеты какой-то песни.
Бетти заметила слова «Пендлвик» и «ведьма», и ее охватило предвкушение. Может быть, из этой песни она узнает больше подробностей истории, о которой упоминала мисс Пальцехват? Она жадно впилась глазами в строчки.
Бетти перечитала еще раз. Ужас какой! Так, значит, Элиза Бёрд – та самая загадочная ведьма с деревянной ногой, которую, по словам мисс Пальцехват, похоронили на поляне у пруда. А потом на ее костях выросло Голодное дерево.
– Жуткая песня, – пробормотала она себе под нос. Казалось, что этот лист только и ждал, когда Бетти его обнаружит. Но почему? У нее голова шла кругом. Бетти надеялась что-то выяснить о тайной комнате и об Иви, а наткнулась на песню. Как любопытно, что этот текст спрятали в комнате… наверное, убрали с глаз долой, потому что в нем упоминалась магия. Бетти стала перебирать бумаги дальше в поисках других секретов. Снова несколько рисунков растений и животных. Пара маленьких чернильных набросков. А потом кое-что еще.
Страницы из дневника.
