По какой-то причине Ник сильно подозревал, что так и было… хотя у него не имелось абсолютно никаких оснований для этих мыслей. Отсутствие воспоминаний безумно злило.
Выбросив эту мысль из головы, он позволил своим глазам вернуться к выставочному залу с высоким потолком. Он оглядел проходы с четырёх сторон, ведущие в разные части музея, и задумался, какой из них выбрать.
Здесь должна где-то иметься вампирская выставка.
По правде говоря, Ник больше поражался тем, что антикварные экспонаты до сих пор существовали — те, которые он помнил со времён, когда был человеком, даже
Из того, что Ник помнил, эти части экспозиции почти не изменились. То, как они избежали бомбёжек во время войны, озадачивало его, но, возможно, всё просто было восстановлено в послевоенный период.
К тому времени, когда он миновал кости динозавров и перешёл в выставку первобытных людей, он начал думать, что Уинтер, возможно, вообще нет в музее.
Может, Сен-Мартен говорила правду.
Может, они где-то поблизости, но в стороне от самого места.
Но в таком случае к чему вычурная одежда? К чему фрак Малека?
Нет, они должны быть здесь… где-то здесь.
Невозможность почувствовать её безумно раздражала.
Это ощущалось сродни слепоте… или даже глухоте, вроде того чувства, когда он похерил барабанные перепонки из-за взрыва, перестрелки или просто громкой музыки. То самое чувство, словно он не совсем понимал, где он находится, и что происходит вокруг.
Ник шёл прямо через толпу.
Он добрался до аквариумной части музея, где под высоким потолком плавала гигантская виртуальная репродукция синего кита в натуральную величину, так что все, кто находился на нижнем этаже, могли оценить необъятность масштаба. Они смотрели на него с благоговейным восторгом, а медузы, солнечные рыбы, гигантские лучи, тунец, рыба-попугай, анчоусы, акулы-молоты и барракуды плавали в виртуальной воде вокруг них.
Одна женщина вскрикнула, когда акула подплыла слишком близко, и её спутники засмеялись, а её партнер притянул её ближе и ободряюще обнял.
Дисплей как минимум упрощал Нику работу.
Перевёрнутые отражения их лиц, купавшихся в синем и белом свете, позволяли ему идеально осмотреть всех на этаже.
Через несколько секунд он убедился, что Уинтер среди них нет.
Где она, бл*дь?
Музей был не таким уж большим.
Сен-Мартен увела их в какие-то служебные помещения?
Это самое очевидное объяснение. Они явно направлялись к зданию, когда Ник видел её в последний раз. Одежда могла предназначаться для того, чтобы слиться с толпой и спокойно пройти через парадные двери.
Куда их могла отвести Сен-Мартен?
Пост охраны казался самым логичным вариантом.
Там у них имелся доступ к камерам наблюдения и мерам безопасности, возможно, даже к прослушке. Они даже могли знать, что Ник здесь.
Эта мысль немного приободрила его.
Если Уинтер знает, что он здесь, она наверняка придёт за ним. Ну, или Сен-Мартен пошлёт кого-то, и его притащат туда, где они сидят.
Что более важно, Уинтер будет в безопасности.
По крайней мере, там она будет в большей безопасности, чем на этаже. Если нападение произойдёт, оно, скорее всего, случится здесь, в выставочных залах музея, где находились все гости. То, что Ник здесь, может даже сделать это более вероятным, если это правда и его каким-то образом выделили.
Однако даже с такими мыслями Ник не очень-то успокоился.
Ник не мог её почувствовать.
А ещё то, что ударит по ним здесь, наверняка вырубит охрану.
Возможно, пост охраны даже станет первой точкой для нападения.
Отвернувшись от платформы, Ник быстро зашагал к главной части музея, двигаясь намного быстрее, чем в обратном направлении.
Он свернул направо и вошёл в другое крыло.
Как бы это всё ни выглядело до войн, выставки сейчас явно прихорошились.
Большой зал посвящался выставкам по расовым войнам.
Ник не знал, что обычно стояло в центре комнаты, но на сегодняшний вечер это место выделили для праздничного ужина. Примерно пятьдесят больших круглых столиков смотрели на сцену, которую они установили в одном конце комнаты, перед рядом диорам разных областей земного шара во время войн.
Наполненные смесью моделей, артефактов, настоящих костей и одежды, задрапированные и модифицированные виртуальной реальностью, эти диорамы оживали, как только Ник подходил достаточно близко к любой из них. Он обнаружил, что его бросало в звуки, запахи и даже ощущение сражений. Они были тревожно реальными, вплоть до взрывов таких близких, что Ник рефлекторно пригибался, и песка, который бросал ему в лицо изнутри горячий ветер, выдуваемый звуковым зарядом.
Он оказался на берегу Сан-Франциско, окружённый бегущими эвакуированными людьми, затем на берегу Сены, наблюдая, как ракеты падают на противоположный берег, а вокруг него сыплются огненные бомбы. Один экспонат даже изображал замёрзшую тундру Гималаев с дворцом Потала на расстоянии, окружённым войсками видящих в форме.
