Они вынырнули из леса, похожие на страшную смесь зверей – и людей. Огромный рыжий лисочеловек – лисья морда и когтистые лапы на человеческом теле. Рядом – женщина, как будто вышедшая из сказок о злых ведьмах – Гильометта, но какая!? Сейчас никто не назвал бы ее очаровательной. Она сохраняла человеческие формы, но вся была покрыта лисьим мехом. И – огромные когти на великолепной формы нежных ручках. Их сопровождали две вполне обычные лисы. Совсем обычные, если не считать одной детали. Головы этих лис приходились Питеру чуть ли не по плечо.
Питер никогда не сможет забыть свой ужас от их вида.
Рядом вскрикнул кто-то из слуг – и рванулся в темноту. Том? Гарри?
– Выследил!? – проревело чудовище-мужчина. – Сам напросился!
– Этот сопляк не давал мне покоя с самого первого взгляда – прошипела лисица-Гильометта. – Он постоянно следил за мной! А этот его взгляд! Так и чувствуешь иногда, что тебя подозревают, – но как!? Как он мог понять!? Единственный, кто видел нашу сущность! Отец, позволь я сама порву ему глотку!
– О, нет! Так легко он не умрет. Мы дадим ему полчаса форы. Пусть бежит в лес. А потом поймаем его. Ты же любишь охотиться, – барон оскалился. Наверное, это должно было изображать улыбку, но в лисьей форме… получился омерзительный глумливый оскал.
– А это, чтобы быстрее бежал, – и Гильометта полоснула Питера лапой поперек груди. Из четырех глубоких царапин закапала кровь.
– Вы – оборотни? – по всему телу Питера разливался страх. Мерзкий, пузырящийся, как гнилое болото, он заполнял каждую клеточку тела. И мужчина понимал – еще немного – и он просто упадет на колени, и будет умолять, чтобы его не убивали. А этого допустить никак нельзя. Оставалось только говорить, стараясь не поддаваться панике.
– Да. Догадливый, гад!
– И зачем вам нужен мой брат?
– А почему бы и нет, – издевательски расхохоталась Гильометта. – молод, богат, хорош собой – чего еще надо!? Поиграть с ним пару лет для удовольствия! Все равно дольше никто с оборотнем прожить не сможет. Рано или поздно я потеряю контроль над собой – или просто мне придется убить твоего братика! Ну и что?!
Питера обдало жаром. Куда и страх подевался?
– Сука – выплюнул он. – Чтоб ты сдохла!
– Только после тебя, – прошипела лисица, окончательно утрачивая человеческий облик и опускаясь на четвереньки. – Убьем его, отец!
У Питера еще оставалась надежда на слуг. Недолго. Пока две огромные лисы не метнулись в темноту. Вскоре оттуда послышались крики. А потом Питер отчетливо понял – Тома и Гарри – нет. И помочь ему они не смогут.
– Беги, – проревел барон, распахивая пасть. – И постарайся попасться мне! Гильометта будет мучить тебя долго…
В этом Питер не сомневался. Но если уж ему дали фору…
И он рванулся в лес.
К замку ему выбежать не дадут. Но хотя бы к реке? Не будь это оборотни, он бы отсиделся на дереве, но лисы с разумом человека легко снимут его оттуда. Ну и пусть. Сопротивляться он будет до последней капли крови! Оборотни вряд ли на это рассчитывали, но ярость молодого человека преодолела испуг и оцепенение.
Питер бежал по ночному лесу, задыхаясь то ли от страха, то ли от скорости. Куда бежать? Соревноваться со зверем в лесу? Ха! Питер отлично знал, с какой скоростью бегают лисы. И был уверен – то, что он пробежит за полчаса – для них в лучшем случае – десять минут. Соревноваться со зверем в лесу?! Смешно! Обычных животных можно еще было уговорить, напугать (Питер умел и это, хоть и не любил), прогнать, запутать… Но на зверей с человеческим (Питер не сомневался, что эти именно так) разумом его хитрости просто не подействовали бы. Но что же тогда? Погибать за просто так не хотелось. Прятаться? Но где? А вот если…
Про́клятые развалины!
Про эти руины башни в лесу говорили многое. И что там – плохое место. И что там когда-то жил колдун. И что там стоял языческий храм, в котором похоронено великое зло… Все сходились на одном. Лучше туда не лезть. И верно, даже в самый жаркий день от развалин тянуло промозглым холодом и сыростью, пробиравшими до костей. И что-то внутри подсказывало обойти их стороной. Даже вездесущие дети – и те не бегали сюда играть. Что ж, Питеру тоже здесь не нравилось, но выбора не было.
Плохо, что нет оружия. Короткий кинжал за поясом, так спокойно оставленный ему оборотнями, Питер даже оружием не считал. Слишком маленький. Зарезаться еще хватит, а вот на оборотня – уже нет. И берет ли их железо? Или только серебро?
Что ж, развалины так развалины. Да и добежать до них времени хватит. Если бежать очень быстро – то минут двадцать.
Лучший допинг – это страх за свою шкуру. Луна светила вовсю, показывая корни и неровности на земле. И Питер летел, как на крыльях. Если у него будет хоть один шанс выжить – он все сделает, чтобы этот шанс от него не ушел.
Про́клятые развалины зловеще чернели в свете луны. И на миг мужчина заколебался. А потом махнул на все рукой. Сейчас он и к черту в пасть влез бы, и сам на сковородку сел, только чтобы не дать этим лисам-переросткам убить его.
