– Ничего я тебе не скажу! Понял, козел!? Можешь мне голову оторвать, ясно? Все равно тебе конец!!!
Мечислав улыбнулся. И эту его улыбку никто не назвал бы соблазнительной. Сейчас вампир был страшен. Страшен несоответствием формы и содержания. Те же потрясающие зеленые глаза, то же совершенное лицо, небрежная пластика леопарда – и в то же время глуховатый голос, лишенный всех интонаций, кривая улыбка на полных губах, обнажающая клыки. И какая-то мертвенная застылость всех черт. Словно маска, сделанная из светлого золота.
– Могу. Но не буду. Для этого у нас есть палачи. Взять ее.
Голос был потрясающе ровным. Казалось, Мечислав не приказы отдает, а читает совершенно неинтересную книгу.
Клара, было, дернулась вырастить когти, но не тут-то было. Ее скрутили в мгновение ока и бросили на кровать.
– Полагаю, ты не знаешь, что можно сделать с человеком при помощи обыкновенного штопора и коробка со спичками, – голос вампира был так же тих и спокоен. – Но у меня замечательные палачи. Ты все расскажешь. Даже то чего никогда не знала.
Клара материлась как сапожник. М-да. Нам надо быстро. А так она будет еще долго нас поливать. А если…
Чем можно напугать эту гадину? Судя по всему, она мазохистка. Боль ей не страшна. Это почти как анекдот. «Мучайте же меня, кусайте, рвите бейте… оооо да, да, да!!!» Мечта мазохиста.
Я скользнула вперед.
– Позволь мне.
Мечислав чуть повернул голову, а потом кивнул.
– Ты уверена, что справишься?
– Она ведь не нужна нам живой, – моим голосом можно было кофе заправлять вместо взбитых сливок, столько я вложила нежности… – Совершенно не нужна. Нам просто нужна информация из ее разума. Бедная, бедная девочка. Что поделаешь. Я затяну ее глубоко. Туда где мы были с Владом. Вампиры там гибнут. А оборотниха может и выжить. Она пока еще не умирала. Но там она скажет мне – все. Там просто нельзя лгать. Ска-ажет. А потом ее мозг разрушится. Она останется жива и невредима. Сможет даже ходить и говорить. Повторит свои показания перед всем советом вампиров. Но будет уже не Кларой… вовсе не Кларой. Я просто высосу ее личность – и сотру. А то, что останется, сделает все. Просто – все. Даже убьет того, кто приказывал ей шпионить за нами.
Хорошо получилось, убедительно. Я бы и сама поверила. Хотя врала, как сивый мерин. Я этого сделать бы не смогла. Не умею. И не научусь. Скорее всего, никогда. Я-то знаю, что все мои способности – находятся методом случайного тыка. Но я надеялась испугать Клару до недержания. Речевого. Увы.
– Все ты врешь, гадина!!! Ты так поступить не сможешь! Нет у тебя такой силы! – зашлась в диком хохоте Клара. – А пытать вы меня все равно не сможете! Не сможете!!! Я – прима!!! И могу остановить свое сердце в любой момент! И остановлю!
Я посмотрела на безумную женщину.
– Она действительно так поступит. А мы останемся при своем интересе.
– Если бы Рауль… Ленька, Рауль не вышел из транса?
Вот кто нам бы сейчас пригодился. Одно слово Питера – и оборотниха нам поведала бы обо всех своих грехах. И еще чего-нибудь бы добавила. М-да. Когда Питер выйдет из транса – он будет страшным оружием.
– Нет!
– Черт!
Я тоже зашипела от ярости. Да пропадом оно пропади! Вот она, шпионка, у нас в руках, а сделать-то с ней ничего и нельзя! Око видит, зуб неймет. Только убеждать себя, что на фиг нам Клавка не сдалась – не получается. Ее показания нужны просто кровь из носа. Блин! Сделать бы с ней то, что планировал сделать со мной монах – она бы всех заложила!
– Господин! У нее останавливается сердце! – крикнул кто-то из вампиров.
Диего! Я иду к тебе!
Я бросила взгляд на ауру женщины. Над сердцем разливалась чернота.
Смерть?
Конец?!
А я останусь при своем пиковом интересе!?
Не дождетесь!!!
Какая-то сила шатнула меня вперед.
– Умирать!? Не позволю!
Кажется, Мечислав что-то крикнул. Но было поздно. Я положила левую руку как раз над сердцем Клары, в разливающуюся по ауре черноту.
– Так не должно быть. Она пока еще живет. Я приказываю – жить!
И провалилась в транс.
Поляна, на которой я оказалась, была мне хорошо знакома. Я тут уже бывала. И с Владом, и с Питером. Чуть менялись декорации, но суть ощущалась неизменной. Неведомое место находящееся – где? – принимало меня и помогало. Мне было спокойно и уютно тут. И моя сила возрастала. Здесь я могла пользоваться ей осознанно.
Зато появившаяся на краю полянки увязанная, как тюк, Клара чувствовала себя явно не в своей тарелке. Еще бы. ЭТА тарелка принадлежала мне. И я понимала, что могу оставить здесь оборотниху на всю жизнь – или выкинуть ее к чертовой матери, убить – или подчинить себе. И даже наложить проклятие. Сняв его с Питера, я начала более-менее представлять себе механизм его наложения. Но делать этого мне не хотелось. Почему?
Не знаю. Но что-то внутри меня требовало не издеваться, а получить нужное – и убить. Быстро и милосердно. Все равно она уже мертва. С того самого момента, как умер Диего. Как и я. Юля Леоверенская умерла вместе с любимым. А то, что рождается – оно… она совсем другая…
– Ты!!! – взвизгнула Клара, заметив меня. – Ты что – сдохла!?
– Не дождешься.
