– Потому что вам предстоит стать парой оборотней, – пожала я плечами. Именно такой тон я и хотела выбрать с самого начала. Не уговаривать и не оправдываться. Поставить перед фактом, выслушать все аргументы «против», и сделать так, как планировала с самого начала.
Доходило несколько секунд. За это время я успела вытащить из сумочки блокнот и карандаши, и теперь вертела их в пальцах.
Но брат оказался далеко не жирафом.
– Ты хочешь, чтобы я стал оборотнем?
– Нет.
– ?
– Я уже давно ничего не хочу, – пояснила я. – Если только не научатся воскрешать мертвых. А тебе придется стать оборотнем, если хочешь получить здесь защиту и помощь.
Доходило до братца, как до утки, на пятые сутки.
– А я думал, что ты уже договорилась?
– Я договорилась с Князем, а вам нужна еще и защита стаи. Валентин – вожак стаи.
Клара подскочила с места и опять низко поклонилась.
– Для меня большая честь…
– Помолчи, – оборвал ее Валентин. – Пусть Юля поговорит с братом.
Оборотниха послушно замолчала. Я продолжила.
– С меня Князь уже взял плату. Но это не богадельня. Вы будете платить сами за себя. Ты – своим статусом, Клара – пока еще не знаю, но думаю, что даром она тут никому не нужна. Потом определитесь – что, сколько, с кого и кому следует. Валентин же все и объяснит. А пока готовься обрастать шерстью в полнолуние.
– Но зачем?
Это я могла пояснить за пару минут.
– Ты станешь гарантом безопасности для Валентина и его стаи.
– Я!?
– Ты, – припечатала я. – Посиди, подумай, поищи аргументы «за» и «против», а потом постарайся связно высказать их нам с Валентином. Пятнадцати минут хватит?
Я была уверена, что братец очнется гораздо раньше. Но мне это было уже неважно. Вокруг меня сомкнулась привычная стена, отделив весь остальной мир. Карандаш мягко скользнул по бумаге, оставляя серовато-черный след. Каждый раз, наблюдая за тем, как из гладкости белой бумаги возникает чье-то лицо – и обретает плоть и выражение, я испытывала почти экстатическое наслаждение. Валентин внимательно наблюдал за мной, не двигаясь и не говоря ни слова. Клара, конечно, гримасничала и вообще не сидела смирно, но мне и не нужно было просить ее позировать. Плох тот художник, который после одного взгляда на человека не сможет нарисовать его во всех подробностях. А может, и не слишком плох. Не знаю. Но для себя я установила именно такой стандарт – и неукоснительно собиралась ему следовать.
Управилась с рисунком я меньше чем за пятнадцать минут. За тринадцать минут и сорок семь секунд. И, даже не посмотрев, что получилось, сунула блокнот в сумку. Потом. В машине посмотрю, вместе с Валентином. Славка сидел и смотрел на меня. Готов высказаться? Отлично! И я кивнула головой, разрешая говорить.
– Все обдумал?
– Да. Юля, я не могу!
А я-то надеялась, что братец в меня пошел… Но не судьба. Помнится, я в такой же ситуации долго не колебалась. Может, потому и вляпалась с этими печатями по самое глубже некуда? Ладно, об этом я подумаю завтра!
– И почему ты не можешь?
Брат оказался в затруднительном положении. Сказать, что он не любит оборотней? Это когда рядом его женщина – оборотень и прима-вольп, вожак клана, которого брат просил о помощи и чьим гостеприимством в данный момент пользуется? Это почти самоубийство. Мне даже стало интересно. Но Славка вывернулся.
– Я пока еще не готов.
– Ничего, моя подруга, Надежда, ты с ней уже знаком?
– Это такая, стервозная и ушастая?
Я даже слегка обиделась. И ничего Надя не ушастая. Просто слегка лопоухая. Совсем чуть-чуть.
– Я рада, что вы друг другу понравились. Описание очень точное. Так вот, ее вообще случайно инициировали. В бою. И ничего! Жива-здорова, прекрасно освоилась в меховой шкурке. Даже примой стала.
– И очень неплохой, – подтвердил Валентин.
– Ну вот. И тебе еще один плюс. Если ты станешь примой, Валь, у него есть на это шансы?
– Небольшие, но есть. Пади он, во всяком случае, точно не будет.
– Ну вот, ты сможешь предъявить свои права на Клару. Ваш союз будет гармоничным и долгим. И никто у тебя ее не отнимет, разве что вместе с жизнью.
– Это, конечно, аргумент, – протянул братец.
Я продолжила его дожимать.
– И это еще далеко не все! Оборотни живут примерно в два раза дольше среднестатистического человека, они практически не болеют, их тяжело убить, они представляют собой достаточно сплоченное сообщество, в котором умный и сильный вольп всегда найдет себе место.
– Очень мило, – протянул братец. – А минусы?
– А где без них? – пожала я плечами. – Но… они не так уж и велики. Да, тебе придется подчиняться вампирам. Но в стае Валентина есть определенные тонкости. Его оборотни скорее друзья, чем слуги. И если ты не захочешь иметь никаких дел с вампирами, как не захотели очень многие вольпы, никто не будет тебя принуждать. Это будет твой осознанный выбор.
– А если с твоим вампиром или с Валентином что-нибудь случится?
– А если ты попадешь под трамвай? Это тоже возможно. Но я для того и нахожусь с ними рядом, чтобы исключить подобные случайности.
Валентин смерил меня такой ехидной улыбкой, что я поняла – перегнула. И поспешила исправиться.
