– Скажи, каким одеколоном ты пользуешься? Или духами? Вампирам не надо бриться, поэтому я не говорю о лосьоне после бритья, но чем-то же ты душишься? Это не естественный твой запах.
– Ничем, – пожал плечами Мечислав. Он временно отстранился от меня, понимая, что соблазнение откладывается на неопределенное время – минуты на три.
– Но человек так пахнуть не может. Твой запах просто глаза режет, – настаивала я. – Это слишком.
– Лапочка, это действительно мой запах. Своего рода…
– Защитные выделения? Как у скунса? Или просто – чтобы привлечь подходящую самку? Как у животных в брачный период?
Вампир поморщился.
– Почему ты всегда стараешься уколоть меня, кудряшка? Я ведь только хочу тебе понравиться?
– Потому что ты всегда стараешься подчинить меня своей воле. С первой нашей встречи. А подчинить – и понравиться – это две разные вещи.
– Ты стала более жестокой и рассудительной.
– У меня было на это время и силы.
– Жаль, что у тебя не было времени подумать о последствиях своего поступка. Мальчишку придется убить.
– Убить!? – с ужасом выдохнула я.
– А ты как думала!? В глазах всех паранормов этого, да и других городов, ты – мой фамилиар! Часть меня! Моя воля – твоя воля. Мои слова – твои слова. И наоборот тоже. Поэтому каждое твое движение будет оцениваться не хуже, чем золото у старого ростовщика! Пока ты сюда не приходила, я мог говорить, что ты больна. Что твоя сила требует нормализации и успокоения. Что тебе надо отдохнуть и смириться со своим новым положением. В это сложно верить, но и возразить нельзя. Но ты приходишь! И что же дальше!?
– Я не хотела…
– Чего ты не хотела!? Приходить!? Валять дурака с этим щенком!? Чего, во имя всех богов!!!? Ты пришла – и свалила мне на голову новые проблемы. Свои проблемы, заметь. Теперь не получится отвязаться от Рамиреса. Он приедет буквально через день. Даже меньше чем через сутки – и что же!? Ты вымотана до предела! Как ты завтра поедешь на встречу!?
– Молча.
– Да уж, сил у тебя ни на что другое не хватит. А теперь об этом твоем сопляке.
– Сереже.
– Наглой роже! Молчи, женщина! Ты хоть понимаешь своим куцым умишком, что я должен его убить!?
– Нет!!!
Полотенце отлетело в сторону – и я попыталась выпрямиться на диване. Мечислав расхаживал по ковру, как ягуар в клетке. Или черная пантера. Такая же зеленоглазая, прекрасная и смертельно опасная для окружающих.
– Как Князь города я обязан охранять свою собственность. Это не мои садистские наклонности, а просто – правила. И если я не буду соблюдать их, меня разотрут в порошок мои же подданные. Я полгода не могу получить то, что этот мальчишка получил в один день. Поэтому я должен его убить.
– Нет!!!
– Придумай что-нибудь другое. Ты должна была думать раньше, до того как лечь с ним в постель! Думаешь, у Рамиреса нет здесь своих шпионов!? А у Ивана Тульского!? Объясни им, почему я проявил слабость!
– Ты можешь просто разрешить мне гулять на стороне. Разве нет?
– Нет. Ты же сама не захочешь оказаться на ночь в постели с кем-нибудь из приехавших вампиров. У Рамиреса, да и у Князя Тулы вовсе не такие простые вкусы в постели, как у меня.
– Разве!? – ко мне возвращалась ирония. Я провела пальцем по жутко распухшим и болящим губам.
– На это ты сама напросилась. Обычно я не поступаю так с женщинами, если им это не нравится. Зато Ивану Тульскому нравится причинять женщинам боль. Что-нибудь ломать или отрезать. Плети, хлысты, бичи, раскаленное железо – все идет в ход. Его возбуждает роль палача, знаешь ли. Тебе не хочется пару часиков повисеть на дыбе, пока тебе будут загонять иголки под ногти и насиловать, не обращая внимания на боль в вывернутых суставах? Нет? Странно. Слишком часто ты провоцируешь на трепку даже меня. Когда приедут наши гости, я планировал сказать, что ты – только моя. И ни с кем делиться я не буду. В ближайшие лет пятьдесят, пока не пройдет первая эйфория обладания, а то и дольше. И как я скажу это сейчас?
– Но ведь никто не знает!
– Никто? После того, как этот болван вышел из твоей квартиры с таким видом, словно меда наелся!? После того, как он напевал на лестнице «Жениха хотела, вот и залетела…»? Да еще и это!
Вампир помахал в воздухе листочком из тетрадки.
– Что это?!
– Я к вам пишу, чего же боле…
– Такая вот дурачья доля, – машинально продолжила я.
– Именно! Он благодарит тебя за замечательный вечер и выражает надежду на множество таких же вечеров. Нравится!?
– Нет.
– И мне тоже! Если ты решила веси себя как дешевая шлюха, почему ты хотя бы не выбрала более подходящий момент!?
Упс! А правда, почему? Что вообще на меня нашло?
– И мне хотелось бы это знать.
– Я что – говорю вслух?
– У тебя слишком выразительное лицо для фамилиара. Раньше ты вела себя более сдержано.
– А вот с тех пор, как стала фамилиаром – не могу! Так и хочется кого-нибудь прибить, – огрызнулась я. И тут до меня дошло.
– А ведь этот мальчишка подвернулся мне на следующее утро после встречи с вами… И эмоции, которые я испытывала, были мне несвойственны… Такие… холодно-отстраненные…
– Полагаешь, что я воздействовал на тебя?
– Не знаю. А было? Только не надо мне врать!
