Голос вампира скользнул по моей коже бархатным лоскутком. Я поежилась от некстати возникшего желания — и резко ответила, злясь на себя.
— Плевать мне на твою шкуру, но кто меня вытащит, если ты сдохнешь?
— Держитесь. Я уже выезжаю.
Я отключила телефон и посмотрела на ребят.
— Откуда наши противники знают, что здесь есть живые?
— Не те удары, от которых оборотень даже сознание потеряет.
— Вынесите ее из машины! — разродились в доме.
— Не хотим рисковать! Травма позвоночника!
Умница! Какой же Глеб — умница!
— Тогда выходите сами! Медленно, руки на затылке…
В ответ Глеб обстоятельно послал противника на короткий хутор за бабочками. И предложил им стрелять — с большой вероятностью окончательно меня угробить.
— … а Юлька — ни х…. не оборотень…, так что стреляйте, …!!! Лучше ей сейчас помереть, чем у вас, …, в лапах оказаться…!!!
— С нами дама, ты, хамло трамвайное, — прошипел Константин. — она не дама а боевой товарищ, — отмахнулся Глеб. При этом он благополучно задел меня локтем по плечу, но я промолчала. Я уже даже как-то и пригрелась. Может попросить Мечислава выделить мне пару оборотней вместо грелок? А то у нас вечно не топят, и до начала отопительного сезона я успеваю подхватить пару простуд.
— Мы ее защищать должны, а не учить такому перемату!
— Да я вас сама поучу, — зашипела я. — Аминоацилсинтетезой твою зебру об дезоксирибонуклеазу через трифосфат и пять митохондрий в мейоз![8]
Оборотни перешучивались явно на адреналине. Все мы понимали, что долго не про-держимся. Одна надежда, что нападающие — тоже. На милицию рассчитывать не приходится. Место глухое, Покровская церковь вообще стоит на окраине города и добираться к ней надо через частный сектор. Дорог много, проехать можно где угодно, а если у врагов есть кто-то еще и они выставили с двух сторон таблички «Ремонт дороги» и «Объезд», то минут двадцать у них точно есть.
Милиция? Ага, где те времена, когда сознательные граждане, не успев завидеть хулигана или грабителя, хватались за телефон — и через минуту прибывал бравый участковый. Или патрульная машина…
Они канули в Лету вместе с Советским Союзом.
Эх, и я-то не боец…
Женщина со звериными глазами улыбалась.
Этот момент своей жизни я всегда вспоминала с ужасом. Но — если нет другого выхода…
Как это было — тогда?
— Ребята, сделайте все, чтобы потянуть время, — шепнула я.
Глеб что-то заорал противнику, а я прикрыла глаза.
Дом. Каменный. В два этажа. Сложен из белого кирпича. Острая крыша пирамидой. Флюгер в виде петуха. Шесть окон. Четыре — на первом этаже, два — на втором. На втором этаже с угла — балкон. Веранда где удобно сидеть и пить чай. И над ней натянут тент в красно-белую полоску.
Дом стоял у меня перед глазами, как живой. И я мысленно потянулась к нему.
На этот раз вышло быстрее и легче. Я так же увидела себя со стороны, увидела рядом оборотней — и поднялась над своим телом как воздушный шарик на ниточке. Эх, провести бы пару опытов, да времени нет.
И я выскользнула через крышу машины.
Идти было совершенно необязательно. Лететь — гораздо удобнее. Даже руки расправлять не надо. И махать ими — тоже. Неподражаемое ощущение — лететь как птица.
— … так что стреляйте, сволочи …..!!! — закончил Глеб свою тираду.
— Нет, мы не будем стрелять, — мягко произнес в вечернем воздухе чей-то удивительно чистый и сильный голос. — Зачем нам стрелять? Мальчики выйдите из машины. А Юленька пусть полежит внутри, мы же не хотим никому причинить вреда…
Оборотни побледнели как полотно. Просто под шерстью плохо заметно.
— Призывающий лис!
Больше мне не потребовалось. Ясно было без слов. Что это такое? Мечислав — призывающий тигров, Дюшка — призывающий лис… был. Даниэль мог бы призывать крыс.
— Долго я не выдержу, — прошипел Константин.
И что теперь? Мальчишки выйдут, их перестреляют, а меня можно брать голыми руками, я вообще не грозный противник. Покалечу, кого смогу, но потом меня скрутят и еще отпинают за все хорошее. Блин! Чтоб этого гада…
Что я могу сейчас сделать? Не подойдешь, не выстрелишь, а что делать? Крысами его затравить, как тех оборотней, зимой? Так суметь надо.
Ну-ка…
Я попыталась позвать крыс. Но в этот раз почему-то ничего не получилось. Не было крови? Или просто при мне никого не пытали? Адреналина не хватает? Бешенства?
Бешенству ведь не объяснишь, что если оно не придет сейчас, то потом и не к кому будет. Но вместо ярости пришла только насмешка.
И над своей неумелостью — и над неумелостью вампира, который пытался сейчас сломить сопротивление Константина и Глеба. Ребята держались, а значит, не так много он и умеет.
Ты хочешь подчинить моих друзей, клыкастик? А почему бы не наоборот? Любая связь действует в обе стороны. Если призывающий может приказывать лисам, почему лисам нельзя приказать — ему? У палки же два конца!
А вот увижу ли я сейчас — связь приказывающего — и моих оборотней?
