По мере моих разъяснений лицо Клары менялось. От ошеломленного — к злобно-истеричному.
— Ах ты гадина!!! — взвизгнула она. И бросилась на меня. Но не добежала.
— Взять ее, — скомандовала я. — и держать, пока я не…
Одуванчики взметнулись вверх стальными канатами, оплели ее ноги и Клара, в последний раз дернувшись, свалилась на землю.
— … отдам другого приказа.
Такого быстрого воздействия я не ожидала. Я знала, что здесь, в этом месте, я — главная. Иначе мне ничего не удалось бы сделать с Владом, с Питером, но чтобы вот так…
Деревья согласно зашумели, словно читая мои мысли. «Вот так… именно так… это ты…»
Клара сверкала глазами.
— Ненавижу!!! — прохрипела она, изворачиваясь и пытаясь перекусить стебли. Но моя воля держала крепко. Из уст оборотнихи полился отборный мат. Я скривилась.
— Меня твоя ругань не разжалобит. И я тебя не отпущу. Лучше кончай ругаться — и давай договариваться. Я могу пробыть здесь сколько захочу. И тебя продержать. И мне вреда не будет. А вот ты…
— Ничего ты мне не сможешь сделать, ведьма! — прошипела оборотниха. — Пытать меня станешь?! Да у тебя силенок не хватит! Кишка тонка!
Я передернулась.
В чем-то она действительно была права. Я — пытала. Я — убивала. И теперь это навсегда останется со мной. И я всегда буду ненавидеть себя за это. Еще и за то, что в тот момент меня ничего не мучило. По сути, шла война. Почти как в сорок первом. Да, фашисты пытали наших. Но и наши тоже относились к фашистам без особой любви. И вот честно… если бы кто-то тронул моих родных, я бы этого тронувшего ко льду гвоздями при-колотила — и так подыхать оставила. Еще бы и сидела, любовалась.
И если у кого-то возникает вопрос — а чем мы тогда лучше фашистов? Я могу на него ответить. Мы не делаем таких вещей без необходимости даже с врагами. И мы никогда не нападаем первыми.
Кстати… а ведь и правда! Сколько мы не проходили историю — что, где-то кто-то читал строчки типа: «Россия, без объявления войны и вообще вторглась на территорию Германии (Франции, Англии, Америки и т. д….) и начала ее гнусно завоевывать? Князь та-кой-то или царь такой-то решил присоединить мирную Европейскую державу к своим владениям?»
По-моему это обычно все лезли к нам. А мы — отбивались. Крестоносцы (притопленные в Чудском озере и испортившие экологию) — лезли. Наполеон со своими французами (ис-портившими генофонд) — лез. Японцы (перегадив весь Сахалин) — лезли. Гитлер (этот — вообще без комментариев, а то покойников материть невежливо) — лез. Чует мое сердце — и еще какая-нибудь сволочь полезет. На то она и сволочь. Только вот которая? А мы? Мы даже с Наполеоном пытались договориться по-хорошему. Был же даже Тильзитский мир? Да и Гитлер нам на фиг не был нужен. Не полез бы он, глядишь, Сталин бы Америку грохнул. Была бы у нас еще одна Атлантида на дне морском. Зато Россия в помойке не сидела бы. Так, ладно, это я что-то размечталась. Вернемся к нашим баранам? То есть — овце? Козе? Козлихе? Короче — к Кларе-не-Цеткин.
— Ты права. Я тебя пытать не стану, — согласилась я. — а вот это место…
— И что!? Хочешь сказать, что меня будут щекотать одуванчиками!? Ой как страшно!!!
Я фыркнула. Действительно. Оборотниха, на которой тут и там виднелись желтые цветочные головки, страшной не казалась.
— Одуванчиками? Что ты! А вот росянками… Знаешь, что это за цветочки? Будут тебя откусывать и растворять по маленькому кусочку.
Поляна, словно желая продемонстрировать серьезность моих намерений, тут вырастила полуметровую росянку-террориста аккурат у левой пятки Клары. Цветочек захлопал «пастью» и стал примеряться к ножке прекрасной дамы. — вот. И таких я могу вырастить еще штук сорок. Или сотню. Сколько понадобится. И кстати, не строй иллюзий. Я могу не дать тебе умереть в любом состоянии. Даже когда от тебя здесь останется один обглоданный скелет.
— Будь ты проклята!!!
Я пожала плечами.
— Я
— Тебя тоже едят росянки?
Клара ехидствовала. И я могла бы ответить в том же духе. Но не стала. И высказалась честно.
— Нет. Меня поедом ест чувство вины. Я знаю, что НЕ МОГЛА предотвратить, повлиять, что-то еще, но — деться мне некуда. Ты можешь умереть. Но сначала изволь подробно рассказать мне все. Кто отдал приказ. Что. Как. Откуда растут ноги и руки. И — если ты это сделаешь — я проведу тебя к Диего. Я — смогу. — я тебе не верю! — то ли крик, то ли стон.
Я пожала плечами.
— Хочешь, я покажу его тебе? Хочешь?
Глаза оборотнихи сверкнули. — а как я узнаю, что ты меня не обманешь!? — вот только мне и дела есть — тебе врать! — неподдельно обиделась я. — я позову его — и отойду в сторону. Минут пять у вас будет на поговорить. А потом — извини. Если хочешь, спроси у него что-то такое, чего я не знаю. Или что могли знать только вы двое. На твой выбор. Открывать проход?
Клара не раздумывала и секунды.
— Да!
