Клыкастые страсти полностью

– Есть тут пара вампиров. Вот этот – советник Ивана, Николай. Вот этот – тоже какой-то сильный вампир, его зовут Виктор. Третий – мелкая сошка. Оборотней здесь нету.

Я кивнула. Валентин подписал фотографии с названными вампирами и отдал мне.

– А мне-то зачем?

– Может, попробуешь погадать по фотографии?

Я аж ошалела от такого предложения.

– Валь, я тебе что, экстрасекс на полставки? Я по фотографиям ничего не скажу. Не сумею. Не мое поле действий.

– Но ты учишься и совершенствуешься. Кто знает…

Я чуть не взвыла. Да я! Я и так знаю, что ни черта не знаю. Все мои способности, вот все, проявляются только в экстремальных ситуациях. И надеяться что-то решить с моей помощью может только особенно неудачливый самоубийца-мазохист, потому что есть куда больше способов покончить с собой намного приятнее и легче.

Аура Клары полыхала багровыми огнями. Странно. Ничего не понимаю. Лицо спокойное, даже скучающее. Хоть поволновалась бы для приличия, да и остальные тоже…

Что я и сказала. Всем и сразу. Мохнатые нахалы даже и не подумали смутиться.

– Юля, после общения с Андрэ нас мало что может напугать, – честно предупредил Валентин. – Клара, я полагаю, тоже насмотрелась в Туле, – кивок и яркая вспышка красного, розового и оранжевого в ауре лисицы, – а твой брат до сих пор думает, что в сказку попал. И размолвка с дедом его беспокоит намного больше всего остального.

– Старый мерзавец, – буркнул Славка.

Я было зашипела, но слов не понадобилось – Валентин шагнул к нему и одним ударом смел на пол.

– Юлия Евгеньевна Леоверенская – фамилиар нашего Князя. Константин Савельевич – ее дед и личный знакомый Князя. Поэтому фильтруй базар, сопляк!

Последние три слова вышли низким, почти инфразвуковым рычанием. Я довольно улыбнулась, а вот Клава выпрямилась и дернулась к Валентину.

– А он – ее брат!

– Он сам ушел. Иуды мне не братья, по ним осинка плачет, – пояснила я.

Буровато-красные вспышки какой-то дурной ярости в ауре лисицы.

– Вы могли бы помирить его с дедом, гос-с-спожа!

Вот так шипение! Не будь она лисицей, я бы сказала, что она кобра.

– У меня и без того дел хватает, – отмахнулась я. – Вот годика через три, когда дед чуть поостынет… Что еще ты можешь сказать про убитых вампиров?

– Да ничего особенного. Не самые сильные, но и не слабые. Николай – самый сильный, Виктор – его друг, третьего почти не знаю.

– А как Иван к ним относился?

Я спрашивала уже без особой надежды. Так и вышло.

– Что может знать пади?

Я поглядела на Валентина. Но оборотень покачал головой – мол, не врет. А аура так и полыхает. Ничего не понимаю. Ой, кажется, я повторяюсь, но ведь правда не понимаю!

– А с кем они дружили? Больше всего?

– Вампиры – дружили?! Так не бывает!

– Бывает. Борис и Вадим – друзья.

– Неправда, – Клара говорила как первый апостол христианства. Убежденность в ее голосе можно было развешивать килограммами. – Если вампиры не убивают друг друга, то только из-за запрета Совета.

Я попробовала представить себе Мечислава, который убивает Бориса или Вадима. Не получилось. Потом ребят, убивающих друг друга. Даниэля, вонзающего нож в спину Мечислава. Нереально. Чушь.

– Дружить они просто не умеют. Это жестокие и неблагодарные существа, в которых больше от змеи, чем от человека!

– Я приму к сведению твое мнение, – окрысился на нее Валентин. – Пади навсегда останется пади.

– Пади и не могла видеть ничего хорошего от вампиров, – вступилась я. – Ладно. Мне и так ясно, что ничего мы не узнаем. Надо отправляться к ИПФовцам.

– Ты общаешься с ИПФовцами?! – У Клары отвисла челюсть. – Но… они же считают, что всех нас надо убивать!

– Да, но они не знают, что я из вас, – объяснила я. – Валь, Мечислав больше ничего не говорил?

– Нет.

– Ладно. Тогда к ИПФовцам, потом переодеться – и в «Три шестерки».

– К ИПФовцам – это в Покровскую церковь. Ладно, Костя и Глеб с тобой, они или справятся, или дадут нам знать.

– Именно, – подвела я итог. – Всем чао!

Я помахала рукой и вышла.

Покровская церковь встретила меня открытой дверью. Я подумала, прошлась по храму, вызывая неодобрительные взгляды умоленных старух, и поинтересовалась у одной из них:

– Лекция тут где?

– Ты бы хоть голову-то платком прикрыла, безбожница!

– Бабуся, я к вам по делу, а не по болезни. Лекция тут где? Или мне во все двери стучать? Ты учти, я их ногой открываю. А мальчики, – я махнула в сторону оборотней, маячивших у двери, – мне с удовольствием помогут. С косяком вынесут, если что!

Бабка сверкнула глазами и махнула рукой.

– Выйдешь во двор, там пристройка. Туда стучись.

– Вот и ладненько, вот и умница, – пропела я. – И не больно было, правда?

Развернулась и вышла.

Точку поставил оборотень, так хлопнувший массивной дверью, что та скрипнула, странно хлюпнула и перекосилась.

– Ребята, посидите в машине, – приказала я оборотням. – Где я и что – вы знаете. Буду вам отзваниваться. А заходить не надо – там могут и узнать, кто вы такие.

– Ладно, – согласился Глеб. Более молчаливый Константин кивнул, и я отправилась искать загадочную пристройку.