Как только монстр опустил голову и эти ужасные зубы приблизились, Джейн перехватила баллончик другой рукой и направила струю Супер Стойкой Фиксации прямо ему в глаза.
Он вскрикнул — звук был странным, похожим на крик раненного животного — и отпустил ее, закрыв лицо руками.
Джейн не стала терять времени. Она развернулась и побежала. Но так и не успела выбраться из аллеи. Ее обступила темнота, и она полетела на асфальт, словно жук от струи «Рэйда».
Себастьян стоял над израненным братом. Рис выглядел так, словно на него напал дикий зверь. Но по следам укусов Себастьян понял, что это был вампир. Однако личность вампира он определить не смог. Тот использовал маскирующие чары, чтобы замести следы.
Себастьян опустился на корточки и прижал ладонь к груди Риса. Один раз он уже проверял, но ему хотелось сделать это еще раз. Просто чтобы убедиться.
Он ощутил слабые волны силы, исходящие от неподвижной груди брата. Рис будет в порядке, но он был на волосок от гибели.
Себастьян потер лицо рукой, все еще потрясенный. Он был у себя в ночном клубе, ужинал с очаровательной смертной, которая не только наслаждалась ужином, но и с удовольствием выступала в роли этого самого ужина, когда вдруг почувствовал боль Риса.
Нет, не просто почувствовал. Он ее прочувствовал. Себастьян прижал ладонь к шее. Эта пульсация еще не прошла, но боль была не такой острой, как раньше.
Они с Рисом всегда были близки. Как и все вампиры, связанные кровными узами, но эта связь никогда не была столь явственной. И, наверное, к лучшему, что она оказалась так сильна. Он поспешил к Рису — и, по всей видимости, спас его.
Он взглянул на смертного мужчину рядом с Рисом. Рис питался его кровью. Но что-то было не так. Не похоже на Риса, он никогда не пил так много. Мужчина выживет, хотя какое-то время будет очень не в форме.
Себастьян встал и подошел к женщине, которая лежала лицом вниз посреди аллеи. Она была без сознания, но невредима. Он ощущал вокруг нее заклинание забвения. Похоже, тот, второй вампир, стер ее память, чтобы она не могла вспомнить, что произошло. Но гораздо больше Себастьяна удивил запах Риса на этой женщине.
Обычно Рис не имел дела с такими благополучными смертными. Но Себастьян чувствовал на ее коже не только запах Риса, но и его желание.
Что, черт возьми, произошло в этой аллее сегодня? А он еще думал, что это у него интересное Рождество.
Он наклонился и поднял женщину, закинув ее на одно плечо. Затем вернулся к брату и вскинул его на другое.
Вот когда способность растворяться в тенях оказывалась действительно кстати. Прогулка по улицам с парой людей без сознания не плечах скорее всего вызвала бы у некоторых недоумение. Даже в Нью-Йорке.
Кристиан стоял на крыше бара, глядя вниз на своего младшего брата, который поднял Риса и смертную и растворился в тенях.
Кристиан стиснул зубы. Возможно, это был его единственный шанс убить старшего брата, а эта глупая смертная его уничтожила. Больше ему ни за что не застичь Риса врасплох, а Кристиану не справиться с ним без элемента неожиданности.
Он посмотрел в небо. Скоро взойдет солнце. Солнце, которое убило Лилу.
Нет, это Рис убил Лилу. Просто ему понадобилась сотня лет, чтобы сделать это. Чтобы Лила наконец сдалась и покончила со своим существованием. Она встала с их постели и шагнула в обжигающее полуденное солнце.
Кристиан не знал как, но он заставит Риса заплатить. Он так долго ждал. Сможет подождать и еще немного.
Рис потянулся. Проклятье, все мышцы болели.
Он вчера что, снова тренировал лошадей? Его вялый, полусонный разум никак не желал вспоминать.
Хотя, пожалуй, какая разница? Он просто поваляется в постели, где так хорошо и тепло. И что-то мягкое и теплое…
Рис сел и уставился на женщину рядом с собой.
Ох, так вот почему он чувствовал себя таким усталым. Хотя Рис и не помнил, чтобы прошлой ночью затаскивал ее в постель. Он, что, набрался? Они с Кристианом опять ходили играть?
Рис нахмурился. Эта женщина — проститутка? Он взял за правило никогда не приводить шлюх домой. Его сестре Элизабет всего семнадцать. Да и зрелище это не из лучших.
Он снова посмотрел на женщину в своей постели. Она совсем не походила на уличных девок, которых он знал. Лицо ее было повернуто немного в сторону, но он все равно видел, что на губах ее нет помады, а на лице — ни следа краски, которую они так щедро накладывали.
Он наклонил голову и поднял бровь, разглядывая блестящие темные волосы, небольшие руки с гладкой кожей и аккуратными, короткими ногтями. Свежий, чистый запах словно окутывал ее.
Еще и слишком чистая для шлюхи.
Да кто же она?
Секунду поколебавшись, он приподнял покрывало, и у него перехватило дыхание.
Женщина была абсолютно голой, за исключением трех бледно-розовых треугольников, два из которых едва прикрывали маленькие округлые груди, а третий — место между ног. Он мог видеть темные завитки под полупрозрачной тканью.
Наверное, она все-таки шлюха. И судя по виду и запаху, должно быть, обошлась ему в кругленькую сумму.
Черт, Кристиан! Его брат должен был следить за тем, чтобы он не наделал глупостей.
