12 Не совсем ясно, обедала ли Ольга за отдельным столом с одними зостами или же за столом обедали также императрица с невесткой. Дело в том, что у Константина специально говорится об этом отдельном столе (кн. II, 52, tpmoV b), причем называются 6 высшего сана лиц, с которыми за этим столом (en th apocopth trapezh) может обедать император, в числе их и патрикия зоста (зоста — дама при царице; при приеме Ольги их было две ввиду того, что это были зоста императрицы и зоста ее невестки: см. прим. Reiske — с. 166, 16). Значит, отдельный стол назначался для императора (или императрицы) в окружении наиболее избранных лиц. Если так, то и в данном случае за этот стол должна была сесть императрица (с невесткой), иначе, спрашивается, где же они при этом приеме обедали? Айналов полагает, что Ольга обедала только с зостами, Голубинский, — что они обедали все вместе.
13 Д. В. Айналов высказал предположение (История русск. иск., с. 164–188), что полученные Ольгой и ее свитой денежные суммы не были дарами в собственном смысле, но что это являлось содержанием, какое в силу договоров должно было получать русское посольство за время своего пребывания в Константинополе, как это практиковалось в отношении посольств других народов. Доводы Д. В. Айналова не являются до конца убедительными. Странным кажется, что это месячное жалование, — если так мы должны определять значение даров, полученных Ольгой, — специально записывается в церемониал, что Ольге подносят это жалование на золотом блюде с дорогими камнями (точно так же, как на золотых блюдах поднесены были деньги двум саракинским послам). В своем построении Д. В. Айналов отправляется от сообщения Константина о том, как происходит отпуск итальянских послов (De ceremoniis, с. 397–398). Предварительно там составлялся список, «что каждый из них должен получить и что получает каждый из их людей». Согласно заготовленному списку, происходило пожалование при заключительном приеме. Мысль Д. В. Айналова такова, что в указанном списке и проставлялась цифра следуемого и условленного содержания, причем он пишет, что рассматриваемая глава может считаться как бы образцовой для формальностей составления подобных списков и выдачи по ним денег (с. 171). Но Д. В. Айналов несколько неточно толкует отдельные выражения этого сообщения, в результате чего оно получает другой смысл, чем какой имеет в действительности. Там сказано, что список (gnwsiV) составлялся kata gnwmhn tou basilewV; Д. В. Айналов переводит — «с ведома» императора, тогда как имеется в виду более активное его участие («по решению»); в переводе Reiske — ex imperatoris iudicio. Далее употребленный здесь термин roga Д. В. Айналов толкует в смысле именно жалования, платы, между тем как этот термин имел более общее значение, как это указывается в комментарии Reiske (с. 391–392) — largitio, donum, doaativum. Главное же, касаясь выражения Константина, что послам император дает, сколько он приказал приготовить eiV logon autwn. Д. В. Айналов последние слова истолковывает так: по слову их или по уговору с ним. Тогда действительно получается такой смысл, что речь идет о выдаче жалования, поскольку с послами было договорено о выдаче им определенной платы. В действительности эти слова не могут иметь такого значения; прямой смысл места «на их счет» (термин до известной степени понятный, поскольку распределение сумм занесено было в список), т. е. в отношении их группы в противоположность остальным получающим (в тексте — kai didwVin ekaston thn rogan o basileuV, kai meta to exelJein touV andrwpouV autwn tote kai autoiV toiV presbeutaiV didwsin dsa ekelesen eutrepisJhnai eiV logon autwn). Несколько упрощенно, но по существу правильно переводит Reiske — ipsis quoque legatis donal ea, quae ipsis praeparari iussit.
