Дед по матери Николай – был подводником, дослужился до кавторанга, а по отцу уже лет триста все морские офицеры. Так что, пойдя в космофлот, Леонид одновременно продолжил и нарушил семейную традицию. Но могло ли быть иначе? Мать, когда она еще была «наша маленькая Мишель», держала на столе три фотографии. Первая с Ольгой Баклановой в роли адмиралиссы Бабулины, вторая – адмирала Олимпиады Жуковой-Василевской, которая, кстати, успела сняться в том же фильме в одна тысяча девятьсот тридцать седьмом в роли Бабулины в молодости. А вот третий… Третьим был портрет графа Николая Каманина – первого человека в космосе. Каманинская улыбка и перевесила в сердце Леонида море. Да и где он мог на море служить?
Мама, конечно, успела и новиком в Сингапуре, и на озере Чад эсминцами покомандовать. Но уже при Александре IV флот стал съёживаться. Море успокоилось. Старые крейсеры и броненосцы гонять за моторизованными джонками стало дорого. Вот и выводили их в резерв, пристраивали мелким союзникам. Собственно, в «Великом Флоте» из кораблей старше ста лет только мамина «Аврора» в строю и осталась. Балтийская четверка линкоров, как и «Варяг» с «Новиком» – стоят в портах как музеи, как и «Потемкин» в Мексике. «Андрей Первозванный», «Слава» и ещё пара судов трофейной мелочи сдаются Болгарским, Корсиканским и Черногорским флотами для сьёмок «Империи кино».
