Пока ждали наследника, Поярков, таким же тихим, как у меня голосом, поведал:
- Воевода с докладом так и не прибыл. На звонки не отвечает.
- Сбежал, думаешь?
С одной стороны - плохо. С другой - очень хорошо. На беглеца можно всех собак вешать, все грехи - реальные и придуманные.
- Ну, тут дважды два сложить. Понял, что его коллеги-Потрошители убийцу послали, решил в бега податься, пока мы до него не добрались.
- Получится у него?
- Фочину буквально перед твоим приездом задачу поставил: закрыть аэропорт, речной порт и все выезды из города. С последним, если он уже рванул, сложнее. Решит на Саха пойти - считай ушел уже.
- А его счета?
- Сейчас блокируют, но только личные. До тех, про которые мы не знаем вряд ли дотянемся.
- Черт!
Николай Олегович чуть подался вперед и обратной стороной ладони в четверть силы хлопнул меня по губам. Вышло и больно, и очень обидно. Да и неожиданно! Прежде чем я успел придумать, как реагировать, он шепотом пояснил свое действие.
- Сколько можно говорить, Игорь! Имена нечистые не поминай!
Княжич вошел в отцовский кабинет будто на расстрел. Зеленая футболка, наполовину заправленная в шорты, те же растоптанные сандалии. Угрюмый взгляд метнулся от пола к князю и тут же уткнулся обратно в ковер. За спиной наследника, завершая образ ведомого на казнь юного партизана, возвышался уже знакомый мне наставник.
- Здороваться не учили? - с напускной строгостью спросил Поярков сына. Я, после полученной воспитательной отеческой оплеухи, представил на месте наследника себя и содрогнулся. Да, с таким батей не забалуешь!
- Драсти. - обращаясь ко всем сразу, буркнул тот. Не поднимая головы.
- Дело к тебе есть, Антон... - начал было князь, но в этот момент мальчишку прорвало. Он вскинул голову, бесстрашно взглянул в лицо отцу и сообщил ломким голосом.
- Вазу я разбил! То есть Леха, но он ни при чем! Это я его толкнул, а он врезался!
Несколько секунд стояла тишина, нарушил которую князь. В голосе его слышался едва сдерживаемый смех.
- Тош, я знаю. И не сержусь. Ни на тебя, ни Лешку твоего, балбеса.
- А чего - балбеса? Сами ставят вазы на повороте... - по инерции продолжил оправдываться Антон, но отец его остановил, положив руку на плечо.
- Дело этого не касается. Пора дар принять.
Из пацана моментально ушло все бесстрашие и упрямство. Плечи его поникли, а нижняя губа предательски задрожала.
- Я не хочу!
Николай Олегович прижал сына к себе.
- Надо. Ты мой сын. Кто меня заменит?
- Я не хочу никого убивать!
Ни фига тут инициация царского дара! Кого-то в жертву приносят, что ли?
- Так и не надо. Есть другой способ.
Антон задрал голову и уставился на отца с надеждой.
- Честно?
Восемь лет! Пацану восемь лет, а он, последнее время, жил с пониманием, что скоро ему придется принять дар и лишить кого-то жизни! Твою же мать!
- Честно, сын. И не бойся. Я буду рядом. Пойдем.
Ритуал отправились проводить в подвал. Под резиденцией оказались настоящие катакомбы - разветвленная система туннелей, еще и не в один уровень. И не в два. Зал для инициации, например, находился на минус третьем этаже, а что было ниже - поди знай! Здоровенная комната квадратов в двести, не меньше, освещенная лампами дневного света - если не знать, то и не поймешь, что в подземелье находишься. Пол, стены и потолок были выложены серой плиткой, лишенной каких-либо украшений. И наверняка, помещение было экранировано по максимуму от разного рода магического воздействия.
Я, признаться, ожидал чего-то более... не знаю!.. волшебного, что ли? Мрачности, сырости, загадочных надписей и непременно - алтаря в середине. С желобками для стока крови, разумеется! Да уж! Фантазия моя была необратимо исковеркана тоннами просмотренных фильмов и прочитанных книг.
В подземелья пошли не все. Самойлова, например, не пустили. Как и целителя. А вот итальянского ведьмака взяли - кроме него никто не знал про ритуал. Ну, и меня с дядей Ваней тоже.
Князь вывел сына в центр помещения, подозвал обоих наставников и итальянца. Присел перед мальчишкой на колено, с нежностью взлохматил выгоревшие волосы.
- Соберись. Вспомни чему я тебя учил.
Антон с обреченным видом кивнул .
- Ну, говори, что делать? - вопрос князя был адресован Стефано Марки.
- Сейчас. - тот прикрыл глаза и заговорил, будто читал с бумаги: - Надлежит запечатлевшему видящему возложить руки на чело особы королевской крови, ладонями закрывая оба глаза. Взором слепца тот увидит мир. Оттолкнется от тверди и воспарит в эфире... Секундочку... Да, в эфире. Станет искать душу запечатленную.
И все? Это же, практически, то же самое, что я с наставником проделывал, когда в нас стрелял наемник Нарышкина! Его взглядом увидел все, что видел он и на расстоянии куда большем, чем мог бы глазами. Тут, вероятно, играет роль и личная сила смотрящего. Носитель царского дара мог смотреть куда дальше, чем даже очень сильный боярин.
- Хорошо. - откликнулся князь. Он тоже прекрасно понял суть ритуала. - Вы очень помогли, господин Марки. Игорь, выведи его отсюда. Здесь остаюсь только я с сыном и Иван Павлович.
