После того, как все гости окажутся на борту, плавучий ночной клуб снимется с якоря и уйдет к Бухте Уединения. Дабы вы, при желании, могли выбираться на пляж или выгонять из эллинга наши гидроциклы. Проживать гости будут все на том же «Переполохе». Причем вместе с телохранителями или сопровождающими — на нем имеется два десятка комфортабельных номеров, так что возить народ в отель и обратно не придется. И последнее: с момента ухода катамарана в море и до возвращения к тому же причалу вы будете предоставлены сами себе. В смысле, Ульяна Егоровна и ее подчиненные будут присматривать за свитами ваших гостей, экипажем плавсредства и окружающим миром, а командовать парадом будете вы. В том самом ключе, который описала Ирина Сергеевна…
Большую часть новой концепции отдыха придумали Птичка и Злобная Мелочь при неявной помощи Дайны, поэтому не удивились. Их подружки, Денис и Харитон были готовы и не к такому. А во взгляде старшего из братьев Настены появилась неуверенность. Пришлось лечить:
— Саш, с конца зимы в Империи заработал закон Силы, мы, Беркутовы-Туманные, являемся самым сильным родом планеты, а в вашей компании из восьми человек — аж четыре Кошмара и три Князя. Говоря иными словами, мнение моей сестренки —
Птичка и ее шайка-лейка уехала через полчаса. На двух «Метелицах» с «ПНВВ» в сопровождении двух «Эскортов». И я, проводив
Она насмешливо фыркнула, обозвала меня стоиком и посерьезнела:
— Новостей, требующих твоего внимания, всего две. Первая — терпима: Ляпишев с Бажовым начали молодеть, это не осталось незамеченным, так что все «старичье» вешается от зависти и захлебывается желчью.
Такая реакция на обретение комплекта «второй молодости» очередными сторонниками Воронецких была предсказуема, поэтому я равнодушно пожал плечами и дал понять, что мне плевать на завистников с высоких орбит.
БИУС счел это нормальным и поделился новостью понеприятнее:
— Паша узнал о пляжной вечеринке Поли и праздновании дня рождения Недотроги, решил, что лучшей возможности для извинений перед тобой не представится, пробил себе увольнение, через час двадцать пять прибудет в аэропорт Южного и сразу же выедет к нашему поместью. В принципе, парня можно и послать. Но, как мне кажется, это будет неправильно…
Посылать Максакова я не собирался. Поэтому, «узнав» от дежурного по КПП о его прибытии к границе моих земель, вызвал к себе Настену, спустился в гараж, загрузился в «Буран» и выехал из особняка. А через несколько минут выехал за ворота, припарковался на стоянке для автомобилей левых личностей и, выбравшись из салона, вопросительно уставился на незваного гостя.
По большому счету, его извинения были сформулированы достаточно неплохо и, вроде как, произносились искренне. Но воспоминания о поступках никуда не делись, поэтому меня не проняло:
— Павел Демьянович, я — человек дела, а вы