— Веселье — вещь хорошая. Но меня в данный момент волнует не очень далекое будущее. Впрочем, начну издалека: Настен, твоя матушка изъявила желание воздать роду добром за добро, прошла стандартное тестирование на профпригодность, получила список из пяти вакансий, так или иначе связанных с медициной, и решила поскромничать. А меня ее выбор не устроил. Так как не учитывал ни твоей любви, ни любви твоих братьев, ни моего отношения к по-настоящему достойным личностям…

— И правильно, что не устроил! — сообразив, к чему я клоню, заявила Оля: — Смотреть, как стареют и угасают те, кого искренне любишь, невыносимо. А у каждого из нас есть и сердце, и чувства, и возможность инициировать кого угодно!

— Угу… — поддакнул я и продолжил объяснения с того места, на котором прервался: — Короче говоря, я попросил Иришку скомпоновать учебный курс по теоретическим основам целительства и, конечно же, заручился согласием Ксении Станиславовны взять Марину Игоревну в личные ученицы. А завтра-послезавтра позвоню Недотроге и поставлю боевой приказ взять эту парочку в следующий рейд, протащить твою матушку по всем тренировочным заимкам и, в конечном итоге, прогнать будущую Одаренную по базовому курсу боевой и физической подготовки.

Настену накрыло по полной программе еще во время «уточнений» Оли. Тем не менее, мой монолог эмпатка дослушала до конца и вышибла меня из реальности трансляцией испытываемых эмоций.

По моим субъективным ощущениям, я потерялся в умопомрачительно теплой и яркой фантасмагории чувств от силы на пару секунд. После того, как воздействие было снято, оказалось, что я вишу в толще воды, поддерживаемый всплесками супруг, они, смеясь, называют Настену коварной вредительницей, а она обретается рядом — на расстоянии вытянутой руки — и гипнотизирует счастливейшим взглядом!

— Вредительница… — авторитетно подтвердил я после того, как начал соображать, ласково погладил девчонку по голове и добавил: — Но хорошая…

— Плохим рядом с тобой не место! — «злобно» заключила младшенькая, заметила, что мелочь подплыла к ЕЕ РАКУШКЕ, и рванула контролировать процесс любования.

Я невольно улыбнулся, затем подмигнул расчувствовавшейся эмпатке и дурашливо пожал плечами:

— Как гласит древняя народная мудрость, «Не можешь предотвратить или запретить начинающийся бардак — возглавь и направь…» Вот я и направил. То есть, успел распорядиться судьбой твоей матушки до того, как ты сорвалась с нарезки!

Девчонка взяла себя в руки и приняла предложенный стиль общения:

— Понимаю, что рискую жизнью, но промолчать, увы, не могу: Оль, Свет, я обожаю вашего мужа и… его правую руку!

— А почему только правую? — удивилась младшенькая, повернулась к нам и заставила Настену «сокрушенно» вздохнуть:

— Потому, что левой он меня еще ни разу не гладил…

…Мелкую троицу зарубило после обеда и прямо в гостиной. Максакова проиграла неравную битву со сном ненамного позже подружек, «перелетела» на диван, была втиснута между Валей и Люсей, подмяла вторую, как мягкую игрушку, и тихонько засопела.

Оля со Светой заботливо укрыли девчат пледом, сделали по паре шагов на цыпочках, сообразили, что тупят, и полетели следом за нами, едва касаясь пола. Оказавшись в коридоре и прикрыв дверь, ускорились. А младшенькая, дав волю своей непоседливости, начала срывать с себя одежду прямо на ходу. Поэтому в джакузи упала первая, заняла самое козырное место, наткнулась взглядом на Птичку, только-только стянувшую футболку, и посерьезнела:

— Игна-ат, а ты выяснял, до каких рангов доросли ребятишки, которых Полинка пригласила на пляжную вечеринку?

Я утвердительно кивнул. Хотя эту информацию раздобыла Дайна:

— К нам приедут два Боярина, девять Гридней и семь Рынд. Кстати, как минимум половину этих «ребятишек» дрессировали либо хорошие лесовики, либо отставные вояки… с начала прошлой осени.

— То есть, называть эту половину «городскими» уже нельзя, верно?

— Верно.

— … а Валя, Марина и Люся де-юре равны по силам двум самым упертым потенциальным ухажерам!

— Справедливости ради надо отметить, что потенциальный ухажер среди Бояр всего один… — вздохнул я, скользнул в прохладную воду и добавил: — А вторую «троечку», вероятнее всего, готовят под охмурение меня. Впрочем, шесть «четверочек» из девяти — парни. Да и с «пятерками» практически та же картина.

— Родня большей части юных соблазнителей и соблазнительниц пришла к выводу, что подводить к Игнату несовершеннолетних девиц — это полный и законченный идиотизм, ибо демонстрировать к ним хоть какой-либо интерес он гарантированно не захочет… — прокомментировала мой монолог Иришка, покосилась на бюст Насти, тяжело колыхнувшийся в момент выхода девушки из рывка, и продолжила делиться разведданными совсем в другом ключе: — … а на ровесниц он не клюнет, ибо красивых баб в его окружении в разы больше, чем хотелось бы!

— Говоря иными словами, эти старые ублюдочные интриганы решили быстренько охмурить Полинку, так?

Мы с Куклой утвердительно кивнули, а Птичка презрительно фыркнула:

— Ага, так я на этот охмуреж и повелась!

Перейти на страницу:

Все книги серии Щегол

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже