Следующим монологом БИУС озадачил только меня — сообщил, что в Императорском дворце, в наших поместьях и в Ильичевске все спокойно, но она, Дайна, бдит и уже начала искать паскуд, посмевших плюнуть нам в лицо. Потом восхитилась невероятной стабильностью психики Полины и Насти, сравнила эту парочку с моими «бывшими» из прошлой жизни, как-то поняла, что не успокаивает, и посерьезнела:
— Не заводись: подготовка к акциям такого размаха не может не оставить следы, значит, я гарантированно найду ее заказчиков, и мы устроим им ночь… или день длинных ножей.
— Мое бешенство — холодное… — процедил я, поднимая с земли фрагмент ноги в плотно зашнурованном ботинке, и добавил: — … и не мешает думать.
— Тогда подумай о том, что одной из твоих помощниц — девятнадцать, а второй — пятнадцать! Да, и та, и другая привыкли «разбирать» тушки зверей, но сбор фрагментов
Сделал. В смысле, сообразил, что натворил, почувствовал себя конченой тварью, и собрался, было, переиграть принятое решение, но вовремя допер, что эти девчата гарантированно упрутся и будут помогать до последнего. Вот и ускорился до предела. Кроме того, какое-то время раздумывал, не привлечь ли к перетаскиванию трупов кого-нибудь из ветеранов. Увы, пробудившаяся паранойя заставила отказаться от этой мысли, поэтому к концу мероприятия мое настроение пробило дно и ухнуло в такие глубины чувства вины и злости на самого себя, что не передать словами.
Попытка отправить добровольных помощниц в Клинику или на Дивное не увенчалась успехом. Хотя нет, не так — стоило принести на поляну самое последнее тело и опустить на траву, как старшая сдала меня младшей. Причем по полной программе:
— Поль, твой братик возненавидел себя за то, что привлек нас к этому делу!
Буквально через мгновение сестренка «возникла» справа-сбоку, обняла меня за талию, встала на цыпочки и уставилась в глаза:
— Игнат, погибшие заслужили достойное погребение; никто, кроме нас, им его не организует, а мы с Настей — Птицы из твоей Стаи, поэтому сначала делаем то, что должно, а потом переживаем. Говоря иными словами, давай закончим то, что начали, а потом как следует расслабимся. Если, конечно, к этому времени Иришка не найдет кончик ниточки, ведущей к организаторам покушения на Виктора и его команду.
Эмпатка тоже не осталась в стороне — вышла из перемещения чуть левее Птички, обхватила нас обоих и добавила:
— Спасибо за твои эмоции, но Поля права: мы —
…Достаточно больших валунов поблизости от низины не было, так что могилу накрыли здоровенным фрагментом прочного корпуса,
затем вдавили в землю сразу тремя
«Иришка» позвала нас обратно в районе восьми утра, когда от голода уже сводило желудок. А Ксения Станиславовна, обнаружившаяся в коридоре, коротко описала результаты трудов одной полноценной целительницы и двух «боевых»:
— В общем, так: мы стабилизировали состояние всех четверых пациентов, но выводить из целительской комы Воронецких пока нежелательно по целому ряду причин, перечислять которые мне, откровенного говоря, лениво. Зато Лизу могу вернуть в сознание хоть сейчас: она пострадала не так серьезно, как Татьяна и Виктория, и намного жестче обеих, соответственно, гарантированно не сорвется и не заистерит.
— А как там ваши помощницы? — спросил я, хотя «видел», что «силуэты» моих благоверных в полном порядке.
Ксения Станиславовна насмешливо фыркнула:
— У Ольги и Иры — не нервы, а стальные тросы, и такой ерундой, как чьи-то ранения, их не пронять. А Светлана разок представила себя на месте подруг и задавила страх лютой ненавистью к тем, кто взорвал дирижабль. Говоря иными словами, мои помощницы в полном порядке и вот-вот освободятся.
Первой «освободилась» Кукла — вынеслась в коридор буквально через две секунды после того, как целительница закончила отвечать на мой вопрос, подхватила Полю с Настей под локотки, поймала мой взгляд, сообщила, что они будут меня ждать в джакузи моего коттеджа, и поволокла к «Калитке».