Князь Кошмаров полностью

Что за качели? Ну, для начала первый успех целительницы — успешное «воскрешение» Виктора, Татьяны и Вики — настроил нас на оптимистичный лад. Но уже к обеду субботы оказалось, что «избыточно мощные» регенерации при любой возможности загоняют процессы исцеления не в ту степь, так что отходить от пациентов просто нельзя. Ближе к ужину организм Лизы невесть с чего принял «внешнюю» помощь, и «побочки», моментами пугавшие даже Ксению Станиславовну, перестали появляться. Что, конечно же, сказалось на скорости восстановления Злобной Мелочи самым лучшим образом. В районе полуночи, вернув эмпаток в особняк на Дивном и узнав, что очередная серия экспериментов с трансформацией защиты разума с треском провалилась, мы с Птичкой обломались снова. На следующее утро, отправив эту парочку обратно и «пробежавшись» по заимкам, обнаружили, что Боевая Горничная прорвалась в пятый Кошмарный ранг, а матушка Настены — в пятый обычный — и немного воспрянули духом. После завтрака почти два часа проторчали рядом с палатой Вити, которого ни с того ни с сего сорвало в какую-то безумную мутацию, и зверели от неопределенности. В районе трех часов дня, толком не успев отойти от этой нервотрепки, «заглянули» в Университет и обнаружили, что Марину с Люсей можно поздравлять с переходом в Кошмары-«двоечки». Перед ужином страшно расстроились, увидев замотанные лица целительниц. А уже в начале первого приняли видеозвонок невероятно довольной Натальи Родионовны, полюбовались очередным убийственным нарядом и через силу порадовались новости о сходе с конвейера первого серийного «Щегла».

Утро понедельника «веселило» практически в том же ключе. В десять утра Иришка приняла карусельную парковку у строителей, и мне пришлось встречаться с заместителем директора Первой ВСК, прибывшим в поместье, дабы лично подписать акт приема-передачи и… улучшить отношения со мной. Чуть позже позвонил Фомин и рассказал о задержании теневика, пытавшегося внести коррективы в алгоритм работы блока, программирующего новенькие коммуникаторы. Не успел я выяснить, что вытрясти информацию о личности заказчика этой акции не удалось, как Дайна сообщила, что нащупала кончик ниточки, ведущей к организаторам взрыва дирижабля. А после завершения разговора с Виталием меня набрал Император и загрузил по полной программе — завуалированно поблагодарил за программную оболочку «Параноик», в том же стиле намекнул, что ее внедрение уже дало некие практические результаты, и уведомил о переносе первого старта «Искателя» на двадцать девятое мая. Дабы мы, Беркутовы-Туманные, ненароком не пропустили это мероприятие. После чего заявил, что уже отправил мне файл с программой рекомендуемых телодвижений в этот знаменательный день, попросил изучить, пожелал всего хорошего и отключился.

Первый же пункт основной части этих рекомендаций заставил мысленно поморщиться: Владимир Александрович настоятельно просил прибыть на космодром к восьми утра всей Стаей, в парадно-выходной «коже» и со всеми наградами. Что самое неприятное, слово «всеми» было выделено жирным шрифтом, а значит, требовалось надеть даже ордена, полученные по закрытым спискам!

Пока мы с Полей переваривали это «пожелание», представляли реакцию дворянства на наши иконостасы и потихонечку зверели, БИУС молчал. Хотя наверняка знал, с какого перепугу государь решил нас так подставить. А после того, как я уставился в объектив потолочной камеры и взглядом потребовал объяснений, вошел в семейный канал и голосом Иришки сообщил о приезде в гости… Прохора Филипповича Авдеева, члена Императорского Совета, главы рода, союзного Воронецким, и одного из влиятельнейших промышленников анклава.

Посылать эту личность по известному адресу было, мягко выражаясь, нежелательно, вот я и распорядился пропустить его лимузин на территорию поместья. Затем вернул Настену и Валю в особняк, загрузил старшую эмпатку Ценными Указаниями и отпустил переодеваться, а младшую, замотанную до невозможности, придержал. И озадачил нестандартным боевым приказом:

— Солнце, защита от ментальных воздействий нам действительно нужна. Но не ценой вашего здоровья. Поэтому отправляйся-ка ты отдыхать. Хотя нет, не так: твоя единственная задача — как следует выспаться. Вопросы?

Рыжая, воспитанная в традициях этого мира, заявила, что вопросов нет, и уже через долю секунды забила на местные традиции — вместо того, чтобы попросить разрешения удалиться и свалить, радостно заулыбалась, пообещала заснуть в течение четверти часа и в стиле Настены дала почувствовать всю глубину испытываемой благодарности.

Никаких «левых» оттенков в ее эмоциях не ощущалось, зато «правых», то есть, приятных, было немерено. Поэтому я ответил улыбкой на улыбку и даже пошутил:

— Продолжишь в том же духе — привыкну…

— Так я этого и добиваюсь! — хихикнула она, вспомнила, что ко мне вот-вот приведут гостя, пожелала хорошего дня и ускакала…