Я благодарно погладил ее по руке, закрыл глаза и секунд тридцать-сорок наслаждался восхитительно приятным сочетанием чувств и прикосновений. Увы, потом «силуэты» целительницы и ее собеседника повернулись к двери, и мне пришлось возвращаться в реальность. То есть, выслушивать завершение благодарственного монолога Михаила Владимировича, убеждаться в том, что он действительно испытывает к Ксении Станиславовне самые теплые чувства, присутствовать при их прощании, поднимать гостя к «Орлану» и отвозить на авиабазу.
Наше прощание тоже не затянулось — Воронецкий, по словам Дайны действительно опаздывавший на какую-то важную встречу, пожал мне руку, пожелал всего хорошего моей «свите», забрался в «Эскорт» и пропал из виду за задвинувшейся дверью. Дожидаться взлета «Антея» я и не подумал — поднял Иришку и Настену в квадрокоптер, отправил первую в пилотскую кабину и помог второй опуститься в кресло Ольги, сел на свое и почувствовал, что тяжелею.
Не успел скосить взгляд на свой иллюминатор и увидеть транспортник, проваливавшийся вниз, как ожил коммуникатор и продемонстрировал личико Недотроги. Я, естественно, принял вызов и вслушался в ее монолог:
— Игнат Данилович, я только что болтала с Ульяной и выяснила, что она собирается в рейд длительностью в четыре недели. Причем отправится в него либо сегодня вечером, либо завтра утром. Это так?
Я подтвердил.
— Мне очень надо поговорить и с вами, и с нею до ее отлета с Дивного. Мои действия?
— Наш борт уже прибыл? — поинтересовался я.
— Должен сесть в течение семи-восьми минут.
— Тогда вылетай не в Новомосковск, а сюда. И привези в поместье Марину Игоревну: думаю, моральная поддержка дочки ей сегодня не помешает…
…Уведомление о въезде на охраняемую территорию «Бурана» Надежды возникло на линзах МДР в тот момент, когда я справился с четвертым этапом трансформации
Пока шел к лифтовому холлу, успел засечь прозрением оба «силуэта», стремительно приближавшихся к особняку, и изучить особенности свечения более тусклого. Хотя осматривал его каждое утро и понимал, что за последние сутки он измениться не мог. Потом вызвал лифт, в кои-то веки вошел в него не первым, а вторым, ткнул в нужный сенсор и ободряюще погладил спутницу по предплечью:
— Солнце, твоя матушка — УЖЕ инициировалась, УЖЕ взяла второй ранг и УЖЕ сегодня получит личное дворянство. Значит, оставь ВСЕ тягостные воспоминания прошлому, наслаждайся счастливым настоящим и предвкушай счастливое будущее.
Она благодарно потерлась щечкой о мое плечо и отпустила тормоза — «нахально» взлетела на полметра, чмокнула в скулу, приземлилась на то же место, заявила, что я, как всегда, прав, и приложила меня
— Мам, у тебя появились
— Ну, так она ж Беркутова-Туманная, а нам без них никак… — «деловито» напомнила Недотрога, заметила, что я отставил левое предплечье, «возникла» рядом с ним, оперлась на руку, вместе со мной плавно развернулась на месте и величественно поплыла к лифтовому холлу…
Пока поднимались в кабинет, рассказывала о достижениях подопечной и особенностях ее характера. А после того, как с моей помощью опустилась в кресло, отказалась от предложенных прохладительных напитков и перешла к делу. По своему обыкновению, описав «проблему» предельно подробно и без какого-либо стеснения:
— Игнат Данилович, я собираюсь убедить Валеру взять Ульяну второй женой. Причин для этого решения предостаточно: она для меня — больше, чем подруга, и я не хочу отпускать ее в другую семью; мой муж ее по-настоящему уважает и, как мне кажется, видит в ней женщину; мы со Шпагой мотаемся в рейды в противофазе, а он частенько остается в Большом Мире один, и… наш род должен расти. Поэтому мы с ней будем рожать по очереди и воспитаем достойных детей. Само собой, в том случае, если у вас нет своих планов на эту грань будущего У— …
Дослушивать это дополнение я не стал:
— Надь, вы для меня НЕ ресурс. Так что если И Валерий Константинович, И Ульяна захотят того же, что и ты, то я за вас искренне порадуюсь. Дальше объяснять?
— Нет! — радостно воскликнула она,
