Ему и впрямь казалось, что разговор идёт о ком-то другом, только не о нём, не о его княжении. Перед его глазами постоянно стояла одна и та же картина: как уезжает на телеге в глухие болота и дремучие леса Ильва, её грустный образ, ласковые глаза с любовью смотрят на него, и он не находит сил остановить её…
— Ты законный князь, Рерик, — настаивал Стемид. — Объедини вокруг себя своих сторонников, многие пойдут за тобой. Силой заставь дядю отдать престол.
Рерик некоторое время молчал. Наконец сказал:
— На братоубийственную войну среди бодричей я никогда не пойду. Рядом мощный враг — Франкское королевство. Пойдём брат на брата — нас просто сомнут. Ты только что видел, какой ценой досталась нам победа над саксами…
— Так что же ты решил?
— Я? — Рерик повернулся к Стемиду и удивлённо, будто впервые увидел, посмотрел на него. — Пока ничего. Но воевать против своего народа я не стану никогда.
На другой день Рерик со своими сторонниками отправился на восток, по дороге, пролегавшей вдоль Балтийского моря.
Славяне отличались своими морскими
набегами… доходили до Англии, Голландии,
Бретани. Народ буйный и беспокойный,
ищущий добычи в морском разбое,
вечный враг датчан и саксов.
По обычаю шли с оружием — заморскими мечами в богато инкрустированных ножнах, добытых в далёких походах, или пиками. Разодеты были на славу. Штаны из дорогих византийских тканей, рубашки из китайского шёлка, сапоги и башмаки сафьяновые, с вплетёнными в них разноцветными ремешками и шнурками; на головах — разноцветные, в пёстрых рисунках платки, повязанные особым образом на затылке. И украшения под стать одежде: на руках золотые браслеты, на шее — ожерелья из дорогих камней, на пальцах — кольца и перстни, в ушах — серьги. Многие были навеселе. На пути стояли продавцы пива, вина. Зазывали:
— А вот пиво — последнего разлива, с лещом и вяленым морским окунем!
— Вино! Вино! Французское, итальянское, испанское!
Останавливались, пили кружками, заграничными бокалами, приглашали друзей:
— Давай со мной отметим набег на данов!
— Славно мы пустили ко дну норманнский драккар!
— Помянем друга Довбуша. Славный был парень. Да не уберёгся от стрелы саксов…
Посадник Влесослав вышел на деревянный помост, несколько раз ударил в большой барабан. Народ стих, только в углу площади, ткнувшись лицом в пожухлую траву, писклявым голоском напевал что-то вконец окосевший выпивоха.
Посадник начал громким голосом:
— Открываю вече! Я, братцы морские воины, хочу кое-что вам поведать, а уж вы сами своим умом соображайте, как решить — по правде и справедливости.
Тотчас раздались голоса:
— Валяй!
— Дело привычное!
— Мы завсегда стоим за справедливость!
— Прежде всего хочу сказать, — продолжал посадник, — что этот год удачный и в торговом деле прибыльный. Товаров мы навезли предостаточно, да и купцов иноземных приплыло к нам в большом количестве. Так что можно только радоваться и веселиться!
— Довольны тобой!
— Хорошо управляешь делами!
— Дуй дальше!
Влесослав разгладил усы, провёл ладонью по короткой бороде, немного возвысил голос:
— И нам хотелось бы, чтобы и дальше дела развивались успешно и удачливо. Но в торговом деле без потерь не обойтись, в том числе людских. Поэтому смелые и мужественные воины нам постоянно нужны. И теперь доложу я вам, морские братья, что прибыл к нам на остров отряд бодричей во главе с князем своим Рериком.
Из толпы сразу закричали:
— Это из русинов, что ли?
— Слышали! Славные ребята!
— Пусть выйдут на народ!
Из глубины площади вышли воины-бодричи и растеклись вокруг помоста; Рерик встал рядом с посадником.
— Помните наверняка, как недавно решали с вами вопрос помощи братьям-бодричам, на которых напали саксы. Много мы их судов потопили на пути в Рерик. Славно поработали!..
Толпа удовлетворённо зашумела, стихла.
— Теперь прогнали саксов, свободной стала земля бодричей. Но так уж получилось, что лишился своей власти Рерик, хитростью захватил престол дядя его, Дражко. Вот и прибыл он со своими верными воинами к нам на остров и просит принять в наше братство. Что ответим, славные моряки?
— Берём!
— Какой разговор? Наши люди!
— Побольше бы таких!
— Добро, — ухмыльнулся в усы Влесослав. — Будем считать ваши выкрики за одобрение.
И, обратясь к Рерику, сказал:
— Вы — русины, а мы — русцы. Предки наши жили в одном государстве — Русинии. Так что вступай" со своими воинами в наше морское братство, Рерик!
— Почему Рерик? — выкрикнул какой-то бойкий мужичок. — По-ихнему Рерик, а раз к нам приехал жить, то зовись по-нашенски — Рюриком!
