Сделал шаг вперед и почувствовал, как земля под ногами изменилась с твердого камня на что-то более мягкое. Осмотрев пол, обнаружил большой квадратный ковер. В центре был бугорок, выступающий сантиметра на два-три.
Я оглянулся через плечо на закрытую дверь. Охранник все еще храпел, но находился всего в нескольких шагах от меня.
Схватив край ковра, медленно отдернул его с пола и отбросил в сторону.
Там была дверь в подвал с ручкой и замком, достаточно большая.
Я мог бы срубить замок несколькими ударами меча, но это привлекло бы внимание всего поселения. Провалив на корню смысл всей тайной операции.
Присел и провел пальцем вдоль края. Дверь была вделана в дерево, так что не было способа заглянуть через щель, даже если бы у меня был свет.
Так, включаем мозги… Есть идея.
Быстро открыв инвентарь, я достал последнюю из трех отмычек, что нашёл на Топком Баркасе.
Почувствовал ее невесомость в руке, на мгновение осмотрел, затем рискнул и вставил в замок.
Она вошла словно там всегда и была. Я осторожно повернул её по часовой стрелке на полный оборот, пока висячий замок тихо не щелкнул.
Ключ исчез из руки в небытие, как и первый.
Далее я снял замок и тихо поставил его на пол, затем схватил дверь и потянул на себя.
Изнутри донеслось тихое хныканье…
Я наклонил голову, чтобы заглянуть, и смог разглядеть только первую ступеньку, но вонь ударила почти сразу. Грязь, гниль и разложение — мне доводилось в прошлой жизни понюхать всякого, но этот коктейль ароматов переплюнул все.
Прикрыв рот и нос рукой, я спустился вниз по ступенькам. Даже с закрытым носом я все еще чувствовал, как запах проникает мне в мозг.
Ступеньки продолжались еще шесть-семь, прежде чем ноги шагнули на каменный пол. Я слышал хриплое дыхание, что доносилось буквально со всех сторон. С мечом в одной руке я открыл инвентарь и достал факел.
Его огонь осветил подвал, но я не был готов к тому, что мне открылось.
В тесном пространстве под домом находилось пять фигур. Их кожа была покрыта грязью и царапинами, рваная одежда висела на телах, как обрывки бумаги, а лица выражали самое отчаянное выражение, которое я когда-либо видел.
Лица, эти взгляды — я видел их раньше.
Я видел это на лице тигрицы, которую спас с торгового поста. Дьявол… Пять пар пушистых тигриных ушей и хвосты…
Это были соплеменники Забавы, члены ее старого племени.
— Что за херня здесь творится…? — сумел прошептать никому конкретно не обращаясь.
Группа отпрянула к стенам, все пять пар глаз смотрели на меня с сильным страхом. Грязные лица, изможденные тела. Кожа да кости.
Нет, не пять… Их было шестеро. В углу, отдельно от остальных, лежало тело. Шестой тигролюд был мертв. Тело просто лежало здесь среди сородичей. Как мешок с мусором.
Рабы. И Верига., этот ублюдок держал их в яме, как скот.
— Вот же ссука…
Сжать крепче рукоять меча было единственным, чем я мог остановить дрожь руки. Не от страха. От ярости.
Забава говорила, что ее племя рассеялось после нападения работорговцев. Теперь я знал, куда делась часть выживших. Сколько еще таких подвалов по всему Полесью? Сколько людей гниют в ямах, пока их хозяева торгуются за лучшую цену?
Картинка наконец сложилась. Верига не просто лидер шахтерского поселения или сутенёр. Нет. Он посредник в работорговле. Возможно, даже организатор охотничьих рейдов или наводчик. Вот откуда у него ресурсы для содержания охранников и «жен».
И вот почему он так интересуется моим поселением. Не урожай его привлекает, а люди. Живой товар.
Поднимаясь по лестнице, я заставил себя взять эмоции под контроль. Ярость клокотала в груди, но голова работала четко — сейчас главное действовать разумно, а не сгоряча.
Я рванул входную дверь дома. Она хлопнула о стену и разбудила охранника.
Добрыня дернулся, как от удара током. Его глаза мгновенно сфокусировались на мне, но мозг еще не успел понять что здесь происходит. Его рот приоткрылся.
У него было достаточно времени, чтобы повернуться ко мне и сказать «что?», прежде чем я вонзил меч в его живот так глубоко, что клинок ударился о позвоночник.
Лицо охранника стало яростно-красным, словно он напрягался сильнее, чем когда-либо. Руки инстинктивно потянулись к животу, но вместо раны нащупали только рукоять меча. Он схватился ладонями за клинок, порезав себе пальцы, затем посмотрел на меня с растерянным выражением.
Я быстро выдернул меч из его живота. Звук был словно выдернул пробку из бутылки. Струя крови и внутренностей хлынула следом.
Добрыня согнулся пополам, попытался что-то сказать, но изо рта пошла только кровь. Он безвольно упал. Стул накренился и с грохотом опрокинулся.
Я направился к караульному дому. Быстро. Топал так сильно, что земля гудела под ногами. Рычал от сдерживания. Лишь бы не заорать.
Каждый шаг отдавался в висках пульсирующей болью. Мышцы сводило от напряжения. Пальцы так сжимали рукоять меча, что побелели суставы.
Челюсть болела от стиснутых зубов.
Думать не мог. Но разум четко видел путь к цели.
Верига спит наверху со своими наркоманками. Три головореза внизу. Может, один на посту, двое дрыхнут. Неважно. Всех перебью.
