Граф остался сидеть и ещё долго задумчиво изучал горизонт. То, что князь заговорил о завистниках было явно не случайно. Похоже его только что прозондировали на предмет того, чью сторону он займёт на будущем совете… А это в свою очередь значит, что князь в курсе, что вскоре он доложен состояться и что обсуждать на нём будут именно его судьбу… Откуда такая осведомлённость у этого, по сути новичка в королевстве, граф не знал и это ему сильно не нравилось, поскольку, судя по всему, о результате этого совета ему станет известно очень быстро и как князь поступит в случае, если решение окажется не в его пользу граф боялся даже предположить.
Джером поджидал князя на полдороге в лагерь. Заметив Володю, он пристроился рядом.
— Гонец из столицы прибыл.
— И?
— Пришли ещё донесение от наших рыбёшек там.
— Ну вот, а ты хотел их сдать. Как видишь, главное правильно распорядиться материалом и эти подонки ещё и нам пользу принесут.
— Противно.
— Они не девушки. Так что там.
— Судя по всему там нашими успехами не очень довольны. Многие выступают за то, чтобы отозвать выскочку и заменить на проверенного и верного…
Володя хмыкнул.
— Ну такие идиоты не очень интересны, хотя… Если они действительно идиоты, то что так возбудились? Скорее всего за ними кто-то стоит и пока выставил вперёд пешек, а сам смотрит, что получится.
— А нам надо как-то реагировать?
— Нет. Наши позиции ещё очень слабы. Единственный наш союзник — герцог Алазорский. Предоставим пока разбираться ему.
— Вы в нём уверены?
Володя задумался.
— Пока да. Он предан королевству и королю. И знает, что буду предан я. Он не из тех, кто разбрасывается союзниками. В любом случае я ему пока нужен.
— А что с графом? Милорд, это очень опасный человек…
— Я знаю… Граф ещё не определился. Он может стать как союзником, так и противником. Он опасается меня, но и понимает, что от меня и польза будет большая.
— Если всё так, разумно ли вы доверяете ему такой пост?
— Будет он мне союзником или нет, но он верен королю, а мы выполняем именно королевский приказ, значит граф сделает всё возможное, чтобы обеспечить безопасность лагеря.
— Всё так…
— Он лучше всех справиться. Джером, мне не важно, преданы люди лично мне или нет, мне важны их способности и уверенность, что они будут делать свою работу со всем старанием. К тому же единственное оружие против графа — искренность. Честно говоря, он опасен, но… он мне нравится. Не хотелось бы, чтобы мы стали врагами.
— А что с сообщением?
— Ничего. Пусть продолжают наблюдение и сообщают о всём важном. Но… Джером, пора уже прекращать получать все сведения из одного источника — это никогда не бывает надёжным. Долго ты ещё собираешься эксплуатировать тех, кто попал в наши сети случайно, только потому, что нашлись нужные бумаги в герцогском замке?
— Я работаю над этим, милорд.
— Очень хорошо. Я надеюсь на тебя.
Джером чуть поклонился и отправился по своим делам.
Кажущееся безделье князя длилось ещё день, пока не подошли нанятые рабочие и не приехал караван с заказанными инструментами, досками и другим строительным материалом. После этого деятельность солдат сразу активизировалась и казавшиеся бессмысленными раньше действия солдат вдруг приобрели смысл и стала понятна логика приказов князя: на возведённых среди болота насыпях стали ставить требуше и по наведённым гатям подносили обтёсанные камни, вывели вперёд «скорпионы» и начали обстрел крепости камнями, обмазанные обожжённой глиной. При ударе о твёрдую поверхность глина разлеталась на сотни осколков. Убить такой снаряд не убьёт, разве что точно в человека попадёт, но ран нанести сможет много, особенно если осколки в лицо попадут. Именно на это и рассчитывалось, поскольку обстрел вёлся людей, прячущихся за зубцами стены. Вообще-то «скорпионы» не очень хорошо подходили для стрельбы камнями, хотя это и можно было делать. Однако главная цель этого обстрела была не нанесение потерь, а выявление мест на стенах, где установлены вражеские машины. Точки, откуда вёлся ответный обстрел, немедленно засекались, а потом велось наблюдение. Когда все они были обнаружены ночью эти места подверглись массовому обстрелу зажигательными стрелами, запас которых был сделан огромный. Судя по вспыхнувшим огням на стене, а также отсутствию ответной стрельбы на следующий день удалось вывести из строя три катапульты.
Работа кипела вовсю… По ночам специально назначенные отряды закидывали ров фашинами, лучники обстреливали стены, прикрывая их, поставленные требуше подтащили поближе, воспользовавшись «слепыми» секторами, после сгоревших вражеских катапульт на стенах. Конечно скоро их там починят или заменят, но пока можно обстреливать не опасаясь ответного огня. Сам Володя с нетерпением ждал когда поставят последний требуше на болоте и обеспечат каждый достаточным запасом камней. Как раз подошли первые двадцать телег из города, на каждой из которых привезли пять обтёсанных по эталону камней, а вскоре ожидалось ещё сорок подвод.
Володя наблюдал как ставят последний требуше на искусственном островке, нервно теребя край плаща. Граф выглядел более спокойным.
