– Ну, как… Чтобы заработать, славу найти. Людям помогать, князю служить… – Олег смущенно кашлянул. – Чтобы помнили меня.
– Как героя, защитника?
– Ну… Да, получается так.
Грек удовлетворенно кивнул и погладил себя по черной бороде.
– Получается, что я на твой счет не ошибся. Понимаешь, князь Михаил хочет дать мне важное поручение. Придется много ездить, следить за разными людьми, говорить с ними. Иногда, возможно, бить их. Мне в этом деле пригодится помощник. Пойдешь?
– Как это, «помощник»? – Олег нахмурился. – Слуга, что ли?
– Нет, конечно нет! Скорее боевой товарищ, соратник. Обещаю, что походные котлы будем драить на равных, по очереди. Соглашайся, вместе сделаем великие дела!
– Интересно ты говоришь, приятно, – признался Олег. – Вот только место мое в дружине, у князя. Как он скажет – так и сделаю.
Василий перестал улыбаться. Он скрестил руки на груди и сочувственно посмотрел на Олега.
– Сожалею, но Михаил сказал мне, что больше не хочет твоей службы. Он отпускает тебя из дружины.
Олег покачнулся. Открыл рот, но тут же забыл, что хотел сказать.
Все таки не простили. Вот и все, конец.
Он, понимал, что князь может не принять его обратно. Но на самом деле в это не верил. Могут дать плетей, жалования лишить, хоть в колодки посадить. Но не прогонять же! Не может так быть!
Олег не мог представить себя без службы. Его дед был дружинником был, его отец был дружинником. С самого детства было понятно, что и он служить будет, и что добьется большего, чем предки. А как теперь?
– Но еще князь сказал, что ты можешь помочь мне, – добавил Василий. – Тогда тебе вернут кольчугу и оружие. Даже коня и жалование выдадут.
Олег медленно поднял взгляд на грека. Вот так, значит, выглядит его путь к искуплению. Непонятный чужеземец с непонятным заданием. В зеленом с золотом кафтане и с зачесанными назад волосами. И пахнущий цветами.
Хорошо, что дед уже помер, а то не дай Бог увидел бы.
Раздраженно почесав щетину, дружинник спросил:
– Выбора у меня нет, верно понимаю?
– Конечно есть, – мягко ответил Василий. – Силой тебя никто не заставляет. Если не хочешь браться за эту работу – иди на все четыре стороны, ты вольный человек. Но я буду очень рад, если ты все же согласишься. Да и зачем тебе отказываться? Неужели молодому воину не хочется приключений?
– Почему я? Тут воинов много, они не облажались, как я. Не приглянулись тебе?
– Их я не знаю. С тобой понятнее. Я видел, как ты дерешься, как относишься к поручениям. Теперь поговорил с тобой, понял лучше. Зачем мне искать кого-то другого?
– Так может я тебе наврал!
Грек загадочно улыбнулся.
– А я всегда вижу, когда кто-то врет. Вот ты мне почти не врал сейчас.
Олег хмыкнул.
Неподалеку от них слуга вырывал сорняки. Взгляд у него был тусклый, отсутствующий, движения – медленные, вялые. Наверняка он точно так же работал вчера и будет точно так же работать завтра. Это гнетущее хозяйственное постоянство пугало Олега. От него он и бежал в дружину.
– Куда я денусь, грек? – буркнул он. – Согласен, покажу тебе Русь.
– Отлично! – Василий радостно хлопнул в ладоши. – Тогда пойдем быстрее обратно, князь как раз собирается раскрыть свою стратегию
Олег встал, отряхнул шаровары и последовал за своим новым боевым товарищем.
****
В храме было тесно. В неф набились вся дружина Михаила. Они толкались локтями и отдавливали друг другу ноги, пытаясь подобраться поближе к князю.
Сам Михаил стоял у алтаря, гордо подняв голову и выпятив грудь, будто собирался читать проповедь. Священникам пришлось забиться в угол, откуда они бросали на непрошенных гостей обиженные взгляды.
При встрече с Олегом сослуживцы – точнее, уже бывшие сослуживцы – тушевались и отводили глаза. Только Еремей коротко кивнул ему и быстро отвернулся.
– Братья! – гаркнул Михаил. – Долго говорить не буду, не для болтовни сейчас время. Идем мы во Владимир. Там нас ждут, город мой по праву, биться не придется. Сядем, будем порядок держать. Как разберемся – будем остальное княжество прибирать, за брата моего отомстим, виру соберем. Всех виновных накажем! Труда много будет, поэтому за три месяца жалованья в три раза больше дам. Пойдете со мной?
Дружинники одобрительно загудели, покивали. Обошлось без воинственных криков и бряцанья оружием. Здесь все было спокойнее, чем на пиру
– Молодцы, – заключил Михаил. – Тогда бегом собирать лагерь, чтобы к обеду все готовы были!
Дружинники гурьбой поспешили на выход. Гулять на воле они любили, но безделье приедалось. Взбудораженным и запутавшимся бойцам хотелось действий. Без них в головах раздрай начинается.
Дождавшись, пока дружина выйдет, Михаил повернулся к Василию и Олегу.
– Что, Вася, уговорил этого дурня?
– Господин, хочешь ты того или не хочешь, а я вину с себя смою, – осмелился ответить Олег.
– Это ты не мне говори, а Васе, он твой начальник теперь. Ладно, не важно это все. Слушай сюда.
Михаил шагнул назад и сел на алтарь, чуть не столкнув на пол открытое Евангелие. Кто-то из церковников возмущенно зашипел.
