Первый удар пришлось принимать на клинок, без всякой магии. Лезвие противника просвистело у самого носа, уши от звона стали заложило, и Волховский рефлекторно разорвал дистанцию. Человек в маске взмахнул катаной, и ударил по пространству гравитационной волной такой силы, что восточная часть особняка взорвалась обломками камня и строительного мусора, каркас растопорщился обломками арматуры, а воздухе повисло непроглядное облако бетонной пыли.
Книжные шкафы разорвало в клочья, страницы разорванных книг разлетелись по сторонам будто птицы, и Волховский отчётливо слышал их шелест. Он думал, что ему конец. Однако взглянул себе под ноги, и увидел, что стоит на идеально ровном круге уцелевшего пола. И нет, это не Волховский защитил себя магией. Это волна не повредила именно этот участок. Атака Человека в маске была филигранной, управляемой, и Волховский впервые почувствовал себя по-настоящему беспомощным.
— Вот это выражение я мечтаю увидеть на роже твоего отца. — Человек в маске сунул меч в ножны. — Что? Ты удивлён? Страшнейшее оружие, катана-умбра, больше не желает тебе подчиняться? Не бойся. Ещё не время умирать. Жизнь вашей семьи недостаточно разрушена. Всё только начинается.
— Кто ты такой? — Волховский с трудом выдавил из себя слова.
— О, — усмехнулся Человек в маске. — Ты меня вряд ли знаешь, сынок. А вот твой папаша очень хорошо со мной знаком. Этот лжец, этот лицемер, эта мразь, которая готова на всё ради ублажения чувства собственной важности.
— Не смей так говорить о моём отце, — Волховский пришёл в себя, и принял стойку.
— Думаешь, я лгу? — Человек в маске стал прогуливаться из стороны в сторону, огибая обломки шкафов и стен. — А разве папочка не рассказывал тебе, что среди клинков-умбра есть третий меч? Меч, который сводит силу катаны и одачи-умбра на нет. Меч, который в моих руках, и который сделал из тебя, княжича, беспомощного?
— Что за бред…
— Факты говорят сами за себя. — Человек в маске повернулся к Волховскому всем телом. — Ты ничтожество, которое я могу убить прямо сейчас. Но, увы, это идёт в разрез с моими планами, и с обещаниями, которые я дал. Но знай. В ближайшее время ваша жизнь станет невыносимой. Вы потеряете всё. И будете, торгуя пирожками на паперти, умолять меня, чтобы я вас убил.
— Кишка тонка! — Волховский разозлился, бросился в атаку, но Человек в маске исчез.
Когда страшный порыв ветра разогнал облака пыли, и когда Волховского едва не сбило с ног, он понял, что Человек в маске не телепортировался. Он воспользовался скоростной силой одачи-умбры, ведь именно такой эффект возникал, когда ею пользовался князь.
Мышцы Волховского сжались будто пружина, которой некуда было распрямиться. Всё произошло слишком быстро. Он только спустя несколько секунд осознал, что чудом и волей Человека в маске избежал смерти. Если раньше, в том числе и в дуэлях, у него были все шансы отбиться, то здесь его ожидало однозначное поражение. Махать кулаками после драки всегда бессмысленно. Оставалось только расслабиться, и трезво оценить ситуацию.
Что мы имеем?
Злобного психа в маске, который разворотил особняк Молчановых с помощью меча, позволяющего пользоваться гравитационной магией. Магией, которая до сих пор была доступна исключительно владельцам клинков-умбра, так что если Человек в маске солгал, то точно не во всём. Настала пора задать князю несколько вопросов, ведь, судя по всему, он не до конца честен.
С чего психу в маске, вооружённому гипотетическим клинком-умбра, иметь на князя зуб? Когда и при каких обстоятельствах они встретились, и почему возникла вражда?
— Эй! — Попов вошёл в библиотеку, закашлялся, и стал отмахиваться от вездесущей пыли. — Какого хрена, мать вашу, тут случилось? Ты живой?
— Живее некуда. — Волховский поместил меч в ножны. — Но мог сдохнуть.
— Ты нахрена всё тут разворотил? — Попов напряженно огляделся. — Крыша поехала?
— Это был не я.
— Шутишь? — с недоверием отозвался Попов. — Тут никто, кроме тебя, подобной хрени сотворить не мог. Силёнок бы не хватило.
— Мы в доме не одни, — произнёс Волховский, и, когда Попов побледнел, добавил для успокоения: — Были.
— Давай-ка двигать отсюда… Погоди.
Попов заметил, что в стене, за раздробленным книжным шкафом, была дыра. Он не сумел совладать с любопытством, и подошёл поближе. Там, в свете шумных люминесцентных ламп, находилось помещение, к которому не могли не возникнуть вопросы.
— Что ты там увидел? — поинтересовался Волховский, встал рядом с ним, и почувствовал себя неуютно. — Это интересно.
— Скажи, нормальные люди будут держать в тайной комнате полноразмерную имитацию распятия?
— Не уверен. — Волховский покачал головой.
В свете ламп высилось каноничное распятие с постаментом в виде человеческих черепов, правда распятого на кресте не было, и кто угодно мог занять его место в любой момент. Пол поблизости был устлан беспорядочно валяющимися грунтованными холстами для масляной живописи. Даже в голову не приходило, чем Молчановы тут занимались, и к чему было строить тайник с подобным интерьером.
