– Повезло тебе, ногу отнимать не будем – проговорил я, заканчивая свою работу, и, глянув в расширившиеся от ужаса глаза парня, тут же добавил. – Шучу я, и не пришлось бы. Заживет все, шрам только останется, но это ничего страшного, думаю, под штанами не видно будет. Ну так дальше давай поговорим. То есть, ты хочешь сказать, что на этом берегу дичи больше, потому что костеглоты ее не ловят?
– Да как не ловят, ловят конечно, – удивился Санду. – Просто они же всю ее переловить не могут, какими бы голодными не были бы. Чаще падаль им достается, ну или слабые животные, больные.
– А на том берегу костеглотов нет, кстати? – снова вступил в разговор боярин Лука.
– Нет, – покачал головой охотник. – У нас говорят, что они через текучую воду перебраться не могут. Это неправда, конечно, через ручьи они перебираются без проблем, просто, видимо, плавать не умеют. Это же Днестр, в конце концов, он зимой-то не всегда замерзает, иначе, думаю, они по льду к нам наведывались бы.
– А у вас там просто деревня, а не крепость, – кивнул я. – Особо по домам от них не попрячешься, думаю, двери они повышибают. Или за скотиной наведаются, по хлевам пойдут. Домашний-то скот – не дикий, они убежать далеко не смогут, если что.
– Что правда, да правда, – согласился Санду. – Но только, что толку об этом говорить. Если придут костеглоты в деревню, значит, такова уж судьба наша. Все равно же никто против этого ничего не сделает боятся все. Что ваши наемники боятся, только в крепости и сидят, что наши… Наших тоже не подбить на это дело.
– Вообще, мы тебя так и нашли, – сказал я. – Шли по следам костеглотов от крепости, думали до логова их добраться. Посмотреть, что там и как, подумать, каким образом на них облаву устроить можно.
– Вот как? – Санду посмотрел на меня с интересом. – Это что же ты, Олег, собрался всю округу от костеглотов очистить? И зачем тебе это?
– А не люблю без дела сидеть, – с вызовом в голосе ответил я. – К тому же, если костеглотов не станет, сюда снова люди потянутся, купцы к вам в Молдавию пойдут. От этого всем прибыток будет.
– А про то, что земля эта проклята, тебя не предупреждали разве? – тихо, почти шепотом, спросил у меня молдавских охотник.
– А ты, когда на нее охотиться шел, вроде бы проклятия не боялся? – в тон ему ответил я. – Если она проклята, то что же ты тут делаешь?
– Жить как-то надо, – вздохнул Санду. – Ну, раз проклятия не боишься… Так ты что, на логово костеглотов поглядеть желаешь?
– А ты знаешь, где оно?
– Знаю, – кивнул охотник. – Если по следам пойдете то, конечно, рано или поздно вы к нему выйдете, да только, боюсь, времени многовато потратите. Там уже время к вечеру пойдет, возвращаться в крепость придется. Я провести могу, тут недалеко совсем. Если вы потом поможете мне в деревню вернуться, сам-то я не доберусь, даже если до лодки своей дохромаю.
– А как ты пойдешь-то, с ногой своей? – удивился я. – Или, нам что, носилки рубить и на них тебя нести?
– Это дело хорошее, конечно, – Санду ухмыльнулся. – Но пока что можно и просто палкой какой-нибудь обойтись, чтобы мне на ногу особо наступать не приходилось.
– Далеко ты с костылем по лесу пройдешь, конечно, – заявил боярин Лука.
– Я-то пройду, не сомневайся, – ответил молдавский охотник. – Я по лесу ходить умею, пусть даже и на одной ноге. К тому же недалеко тут.
– Глеб, – повернулся я к одному из братьев-лесовиков. – У тебя топор есть. Отыщи и сруби ветку какую-нибудь, чтобы рогулькой такой была, ну, чтобы можно было подмышку сунуть. Ну разберешься, конечно, что ты, никогда костылей не видел что ли?
Тот тут же вытащил топор из-за пояса и отправился искать нужную ветку, а сам я прикинул, какие еще вопросы можно задать местному. Конечно, хорошо бы затащить его в крепость, напоить хорошенько, да расспросить обо всем, что происходит в округе, сейчас-то, пусть мы ему и помогли, но относится-то он к нам с плохо скрытой враждебностью. Но хотя бы так спросить, почему бы нет.
– А сам-то костеглотов до этого видел? – спросил я. – Ну до сегодняшнего.
– Дохлого только находил один раз, – ответил парень. – Да и то, как сказать дохлого. Кости одни по всей поляне растащенные, но лапам-то и понял только, что это за тварь.
– Дохлого? – удивился я. – Как это дохлого? У кого-то получилось убивать их?
– Урсарь задрал, – бесхитростно ответил Санду. – Это тут же в лесу было, неподалеку отсюда. Видимо, на урсаря твари нарвались, да он просто так не дался, драться стал. Вот и несколько костеглотов своими лапами убил, он ведь бьет очень сильно.
– Урсарь? – решил я уточнить значение незнакомого слова.
– Медведь это, – ответил боярин Лука. – Местные так медведей называют.
– А кости-то растащенные почему? – вдруг вступил в разговор боярин Ян. – Они ведь, я так понимаю, медведя в итоге одолели?
