– А что тут, много людей живет кругом? – спросил я.
– Не сказать, чтобы много, но все-таки живут, – ответил Владуц. – Некоторые еще с тех времен, когда у нас князь свой и столица были, другие сейчас поближе к границе откочевали. На самом деле, все равно лучше уж когда купцы два раза в год приезжают, чем, когда они вообще не являются.
– И сколько сел поблизости есть? – снова спросил я.
– Таких больших, как Рубленица, нет поблизости, – ответил глава рода. – Прав ты, давно нам пора было городком становиться, по размерам и количеству народа мы уже до него доросли. Если бы мастера еще у нас жили бы, да торговые люди, так давным-давно городком стали бы, – глаза его затуманились, и он мечтательно добавил. – Нам бы еще князя своего.
Я вздрогнул от этой мысли. А не собираюсь ли я тут своими руками устроить новым друзьям из Союза Торговых Городов проблемы? Им то, наверняка, последнее что нужно – это новый князь на территории Молдавии. Тот, кто сумел бы объединить вокруг себя разрозненные осколки этого народа, и повести их за собой… Да хоть куда-нибудь. Понятное дело, что пытаться снова грабить Союз Торговых Городов бесполезно, уж слишком много силы собрали для себя торгаши, слишком много у них денег, и огромное количество наемников готово отправиться за это самое серебро воевать.
Да, не факт, что новый молдавский князь оказался бы воином и потащил бы своих людей на очередную бойню. Но я почему-то уверен, что Киев предпочел бы пресечь любую возможность.
– А что, если уже кто-то, кто на княжий венец претендовать может? – осторожно, стараясь не выдать голосом волнения, спросил я.
– Слухи ходят, – ответил Владуц, и как мне показалось, он тоже осторожничал. – Болтают, конечно, разное, но говорят, будто бы был у Драгоша сын. Незаконнорожденный, потому что всех законных детей князь Кирилл вместе с отцом в мир духов отправил.
– И как люди, верят этому? Готовы за ним пойти?
– Даже если верят, никто особо за ним идти не хочет, – ответил глава рода, но было видно, что на эту тему ему разговаривать совсем не хочется. – Людям-то в покое пожить хочется, богатств подкопить, чтобы было что детям да внукам оставить. А этот… Он же мстить хочет, народ за собой зовет.
– За что мстить-то? – притворно удивился я.
– Так за отца своего, да за княжество порушенное, – ответил Владуц. – Повод для того чтобы отомстить кому-то, всегда найти можно. А вот повод чтобы обиды простить, да миром жить отыскать гораздо труднее.
В какой-то мере я этого незаконнорожденного сына Драгоша понимал, не зря ведь я и сам являюсь незаконнорожденным сыном князя, пусть и другого. Да и отомстить за отца, пусть я его и не знал совсем, мне тоже очень сильно хотелось.
– Так, а он не сам виноват, что ли? – продолжил я спорить, в надежде вычислить истинную позицию Владуца. – Не Драгош ли первым войско на Одессу двинул? Не он ли чужой город взял?
– Его тоже понять можно, – ответил глава рода. – Удержи он Одессу, огромный кусок земли получил бы. И, что еще немаловажно, крепость, которая выход из Днестра в Черное море удерживает, тоже ему принадлежать стала бы. Рискнул он, думал, что получится город нахрапом взять, кусок земель у Союза Торговых Городов отторгнуть, да замириться потом. Кто же знал, что купцы пойдут помощи у Кирилла Орловского просить? Тогда и ратей-то таких сильных не было ни у кого, а Кирилл возьми да приди…
– Ладно, – кивнул я. – Но ты, я вижу, пусть и мечтаешь о князе, но все равно на сторону этого незаконнорожденного отпрыска Драгоша не встаешь. Почему так?
– Я же тебе объяснил уже, – начал заводиться Владуц. – Мирно я жить хочу. Богатства рода приумножать хочу, и чтобы все хорошо было. А такой князь, который молодых из рода моего на очередную бойню потащит, мне не нужен. Вот, был бы ты княжьего рода, я бы за тобой пошел бы, потому что вижу, что ты о земле думаешь. Наемник, мог бы год за стенами крепостными отсидеть, да уехать дальше по своим делам. Ты ведь, если с костеглотами справишься, не то что людям поможешь, ты проклятие старое с их земли снимешь! А такое тоже либо жрец может сделать, либо князь. Неужели не понимаешь?
Как он меня приложил, однако. А я-то даже и не подумал на ситуацию посмотреть с такой точки зрения. Проклятие, получается сниму, и ведь не только в глаза молдаван, но и в глазах тех, кто на территории Союза Торговых Городов живет. А те-то думают, что проклятие мой отец наложил, а я, получается, сыновьим словом и делом от проклятия эти земли избавлю.
Может рассказать ему все, как есть? Мудрый человек Владуц, как ни крути, это с первого взгляда видно. Стоит ему поведать о том, что я на самом деле и есть незаконнорожденный сын князя Кирилла? Нет, наверное, пока не стоит, потому что на киевских купцов он явно не очень зол, а вот отцом моим может быть и недоволен.
