Кстати, удивительное совпадение, кто же мог подумать, что и у Драгоша сынок окажется. Только вот ему никакие наместники кровь не портят и дорогу не перекрывают. Вот она, власть, руку только протяни, убеди людей, что ты в самом деле княжеского рода. Защиту им обеспечь, спасение, и все нормально будет.
У меня все сложнее, меня на родных землях теперь ничего кроме виселицы не ждет. При условии, конечно, что я не приду туда с двумя-тремя сотнями ратников. Честное слово, с таким бы удовольствием местами поменялся бы с ним. Даже не посмотрел бы, что Молдавия беднее гораздо, чем Пять Княжеств. Да и есть у этой земли плюсы, сюда, по крайней мере, татары точно не скоро дойдут. Если вообще когда-нибудь доберутся.
Да и два урожая за год, незамерзающий на зиму Днестр. Если приложить здесь руки, то многого можно добиться. Ну и что, что тут одни горы дальше, в этом ничего страшного нет, у нас, например, в Пяти Княжествах, одни леса.
Соблазнительно это, конечно. И ведь народа у меня наверняка хватит, чтобы объявить себя князем этой Богом забытой земли. Только чем это кончится-то в конечном итоге? Уж не тем ли, что мои новые подданные поднимут меня на вилы, после того, как узнают, что я сам и есть сын ненавистного им князя Кирилла. Да еще и соперник им в этом поможет, он-то наверняка считает, что мстить нужно не только Киеву и другим торговым городам, но и Орловским тоже. В конце концов, это же именно Кирилл сюда с карательным походом пришел.
– Спасибо тебе, Владуц, за разговор, – я поднялся с места и опрокинул в себя остатки вина в стакане. – И за то, что в деле моем помочь согласился, тоже спасибо.
– Я же объясняю тебе, – глава рода тоже встал, но было видно, что далось ему это с большим трудом. Он заговаривался и покачивался с места на место, похоже, что успел нагрузиться. – Общее это дело, а не только твое. И не помочь тебе будет предательством земли нашей.
Ага, особенно с учетом того, что всю самую опасную работу мы берем на себя. Все-таки людей, которые могли бы постоять в цепи вокруг кургана, он нам не дал, и все придется делать своими силами. Ну хоть курган после этого засыпать не придется, и на том спасибо.
– Поеду я назад в крепость, – сказал я. – Мои люди сейчас волчьи ямы вокруг кургана роют и дрова для больших костров готовят. Как все готово будет, через пару дней пойдем проверять. К тому времени я надеюсь уже от лубков избавиться. А ты пришли ко мне человека, который вас предупредит, когда мы пойдем в облаву на костеглотов. Пару дней он в крепости поживет, ничего страшного, кормить мы его будем.
– Кстати, о кормить… Ужин же скоро, – вдруг невпопад заявил глава молдавского рода. – Олег, ты оставайся, стол накроют, людей твоих пригласим, посидим все вместе! Хороший ты собеседник, сколько времени уже сидим разговариваем.
– Не могу я, – решил я отказаться от приглашения. – У меня ведь люди ждут в крепости, если мы вовремя не вернемся они всякое подумать могут. Мало ли, искать поедут, а там и вечер скоро, твари снова вылезут. Не могу.
– Эх, жаль… – вздохнул Владуцем, но настаивать больше не стал. – Светлана! – повернулся и рявкнул он, и когда девушка, вытирая мокрые руки о передок платья вышла из-за дома, приказал. – Проводи гостя!
Не знаю, зачем вообще меня нужно было провожать, с учетом того, что во дворе перед домом меня ждали пятеро моих же воинов, но спорить с волей хозяина я не стал. Вышел из беседки, чувствуя легкий шум в голове: похоже, что вино все-таки смогло просочиться сквозь уголь и всосаться в кровь. Правда, судя по Владуцу, опьянел я гораздо слабее, чем он, так что способ мой все-таки подействовал.
Я украдкой покосился на девушку. Нет, все-таки симпатичная она, но, как ни крути, ничего мне с ней не обломится. Видно же, что родственница, а не холопка, которую под гостя подложить не жалко. Тут уж либо ухаживай и сватайся, не забыв попросить у главы семьи разрешения, либо забудь и на этом все дела.
А жениться я в ближайшее время не собирался. Дело даже не только в том, что меня ждала Машка, уж в чем-чем, а в этом я уверен до конца не был. Может быть ее и выдали уже замуж за какого-нибудь хорошего парня, не сидеть ведь ей в перестарках. Дело было в том, что с моим образом жизни жену мне было бы попросту некуда деть. Будь у меня собственное подворье где-нибудь в Киеве – совсем другое дело, а так, таскать женщину за собой, подвергая ее всем неудобствам и лишениям похода – не вариант.
– И как ты на ногах стоишь? – вдруг спросила у меня девушка. – Вы ведь на двоих с отцом уговорили кувшин самого крепкого вина из наших погребов. Даже его-то, я вижу, срубило, хотя он к выпивке более чем привычен.
– Вот такой я воин-богатырь, – скорее в шутку, чем серьезно, ответил я ей. – Побиваю врагов и опустошаю винные погреба. Раньше первое делал гораздо чаще, чем второе, но сейчас сама видишь, – поднял я руку, одетую в лубки. – Бороться особо не с кем. Так что приходится побеждать вино.
– Твои люди, похоже, тоже с вином побороться любители, – слегка усмехнулась девушка. – Бочонок они опустошили, пока вы разговаривали.
