Вот ведь сука! Неужели старик настолько дорожит своим положением, что даже не попытается разобраться, а попросту отдаст меня на растерзание? Ну уж нет!
Я наклонился, выхватывая из-за голенища нож, разогнулся, встал в стойку. Они тут пусть и в доспехах, но хоть пару я порезать успею. А просто так себя плетьми пороть не позволю, еще чего!
И что удивительно, Павел и Роман присоединились ко мне. Пашка резким движением оторвал от порядком покосившегося забора короткий дрын и встал справа, Ромка подхватил с земли табуретку и прикрыл меня слева. Я, конечно, уважал своих приятелей и дорожил нашей дружбой, но даже не предполагал, что парни могут вступиться за меня в такой ситуации. Тем более, что Роман приходился старосте сыном.
Но сейчас стража бросится вперед и нас попросту затопчут. Что могут противопоставить трое парней двум десяткам дружинников? Пусть из них пятнадцать – всего лишь новики.
– Не надо, – прохрипел, приподнимаясь на локтях побитый мной парень. – Не надо, боярин Сергей, он не виноват. Это я его на драку подначил.
– И он тебя побил? – удивился мытарь, повернулся к старосте и спросил. – Демьян, кто этот парень? Он из стражи местной?
– Нет, боярин Сергей, – помотал головой староста, который, как мне показалось, уже успел пожалеть о своей поспешности. – Это Олежа. Сын местной лекарки.
– Той, которую волкулак задрал? – надо же, ему и об этом рассказать успели. – Теперь верю, что он и в правду на тварь с вилами кинулся. Только из-за чего он вдруг на новиков моих бросаться стал?
– Я его оскорбил, – ответил парень, который, наконец, встал на ноги. Он пытался бодриться, как-то странно кособочился. Оставалось надеяться, что я ему ничего там не сломал. – Брякнул, не подумав, вот он меня и вызвал.
– И ты дал себя побить, Михаил? – снова спросил мытарь.
– Так вышло, – потупился тот. – Недооценил.
– Олег, – повернулся ко мне человек наместника, и пристально посмотрел на меня. Взгляд его мне сразу не понравился: какой-то уж слишком цепкий. И глаза желтые, мелкие. – Я приношу извинения за своего воина. Как мне стоит его наказать?
– Не нужно его наказывать, я не в обиде, – пожал я плечами и только тогда упрятал засапожник обратно за голенище. – В другой раз осторожнее будет, не станет людей задирать почем зря.
– Слова достойные воина, – кивнул боярин. – Я соболезную твоей утрате… И так понимаю, что в Васильевском тебя больше ничего не держит. Завтра мы уезжаем в Брянск. Не хочешь отправиться с нами и вступить в новики?
– Благодарю за честь, боярин Сергей, – мне оставалось только скромно потупиться. – Но я не воин, я лекарь, как и моя мать. И я собираюсь продолжать ее дело. Мне очень лестно, что ты лично зовешь меня в дружину, но я не готов бросить старую жизнь.
Он снова посмотрел на меня, прищурился, отчего его глаза превратились в совсем уж еле заметные щелки. Похоже, боярин мне не поверил. А вот следующего вопроса я не ожидал, а когда услышал его, то почувствовал, что меня пробил пот.
– А где ты научился так драться? Видно, что здесь приложил руку опытный воин. Тебя кто-то учит?
– Нет, боярин Сергей, – помотал я головой. – Твой новик прав, он действительно недооценил меня.
– Значит так, – мытарь вздохнул и продолжил. – Если все-таки решишься, приходи в дружинный дом и попроси новика Михаила, чтобы отвел тебя ко мне. И да, мне хотелось бы, чтобы вы выпили мировую и между вами не было никакой обиды. Эй! – повернулся он к хозяину харчевни и гаркнул. – Мировую этим достойным отрокам!
Не прошло и пары мгновений, как принесли целую крынку пива. Он посмотрел на нас, приложился и сделал несколько больших глотков, после чего сунул сосуд в руки Михаилу. Тот тоже отпил и передал мне. Я взболтнул горшок, в котором оставалось никак не меньше трети пенного напитка и залпом выпил. Перевернул, стряхнул последние капли на землю.
Побитый новик протянул открытую ладонь, и мне не оставалось ничего другого, кроме как пожать ее. Из вежливости он пригласил меня за стол к остальным дружинникам, но я отказался, сославшись на то, что у меня есть другие дела.
Интерес толпы к нам постепенно угас, люди опять разошлись, то тут, то там снова послышались веселые крики. Рядом со мной остались только приятели, которым, похоже, не терпелось задать мне несколько вопросов.
– Ты где так научился? – спросил Паша, посмотрев на меня каким-то новым взглядом. – Мы и моргнуть не успели, как ты на этого парня набросился, на землю завалил и добил.
– Раньше ведь в драках тютя тютей был, а тут как орел на добычу кинулся, – вторил ему Ромка.
Я задумался – стоит ли рассказывать друзьям о тренировках. Потом подумал, вспомнил о том, как парни, не размышляя, похватали какой-то хлам и бросились мне на выручку, и решил, что да.
По крайней мере, предложить им присоединиться к себе я могу. Во-первых, они показали себя верными товарищами, а во-вторых, мне ведь все равно нужны будут люди. Да и хотелось забрать с собой какой-то кусочек деревенской жизни что ли. Не бросать все вот так.
– Я расскажу, – решился, наконец, я. – Но завтра. Приходите к обеду на наше… На мое подворье. Там и обсудим.
