– Ты ведь понимаешь, что с вами станет, если Грачёвы люди узнают, что вы его ищете?
– Понимаем, – я кивнул и сделал хороший глоток из кружки с квасом. – И понимаем, что с нами станет, если узнают о том, что мы к этому делу причастны. Найдут нас дружки его, никуда не денемся. И самим головы поотрезают.
– Точно, – согласился Сергей. – А от меня вам что нужно?
– Мы сейчас в посаде живем, – проговорил я и усмехнулся. – В корчме, хозяин которой Грачу за защиту платит, кстати.
– Да там почти все платят, – досадливо проговорил боярин. – И никто не говорит ничего. Боятся.
– Еще бы не бояться. Нам бы, после того, как дело сделаем, переждать где-нибудь. В безопасном месте. Имение твое, боярин, мне безопасным кажется. У тебя ведь и дружинники свои есть, и частокол высокий, и служба налажена?
– Так-то оно так… Разместить вас тут? Сколько, ты говорил, друзей у тебя? Трое?
– Трое, – кивнул я. Игнат все равно в город не пошел бы, но я за него и не волновался. Старый солдат наверняка уже не раз в таких передрягах бывал, и еще не из одной выбраться сумеет.
– Вам бы, если дело сделаете, деньги забрать, да бежать, как можно дальше… Говоришь, что логово его нашли почти? Давай я с вами людей своих отправлю.
– Боярин Сергей, я понимаю, ты людям своим веришь. Но ведь и среди них могут быть те, кто Грачу докладываться побежит.
– Что?! – закричал он и вдруг заелозил рукой у пояса, будто пытаясь схватить меч, которого на нем, конечно не было. – Ты думай, что говоришь, селянин!
– Я и думаю, – как можно более спокойно ответил я. – Тебе я верю, ты меня от плетей спас. Поэтому к тебе и пошел. А твоих людей не знаю, поэтому сделать хочу все сам.
Наступила тишина. Сергей смотрел мне прямо в глаза и тяжело дышал. Похоже, что до этого никто не позволял себе усомниться в верности его людей, особенно в такой грубой форме. И уж точно ему не приходилось выслушивать таких слов от селянина. Боярин схватил кубок, осушил его до дна и тут же наполнил снова. И, похоже, это помогло ему успокоиться. Он посмотрел на меня и покачал головой.
– Прав ты. Хоть сам иди, вот ведь незадача, – голос его прозвучал чуть ли не жалостно. – Ладно. Помогу. Скажем, что вы с друзьями в дружину мою личную пробоваться пришли, для вас в дружинном доме постели приготовят.
Дверь распахнулась и в помещение снова вошел литовец, прошагал к своему месту, уселся на стул, схватил кубок, сделал хороший глоток. И только после этого Бронислав, прищурившись, посмотрел на нас и спросил:
– Так, о чем мы говорили?
Еще два дня мы потратили на то, чтобы придумать, как захватить и допросить кого-нибудь из людей Грача. Предложенную Пашкой идею забросить в окна несколько подожжённых свертков с сырой травой, а потом под прикрытием дыма ворваться внутрь и принять бандитов в ножи, отмели сразу. Резня точно переполошила бы весь посад, а мы и так были слишком заметной компанией, хоть и старались делать все, чтобы не запомниться.
Пока раздумывали, отправились на городской рынок и купили три хороших самострела и остальную снасть для стрельбы: колчаны, запасные тетивы, и по три десятка болтов. Потратили больше трети имевшегося серебра, но для дела было не жалко.
Еще боярин Сергей одолжил нам двух рабочих лошадок и повозку, без которых незаметно вывезти похищенного из города никак не получилось бы, а не посреди посада же его допрашивать. Покупать не стали, потому что возок нам был нужен на время, а продать его по той же цене все равно потом не выйдет.
Одолжил боярин возок нам под залог остававшегося серебра. Лошадей ему пришлось взять у одной из его крестьянских семей, а оплачивать наши долги было как-то не с руки. Я спорить не стал, и деньги отдал: если дело провалится, то они нам все равно не понадобятся. Мертвым серебро ни к чему.
И может мы ничего и не выдумали бы, но на третий день у Ромки появилась мысль, которая была настолько простой и одновременно откровенно наглой, что привела Пашку, да и, чего греха таить, меня, в восторг. Игнат, правда, от комментариев воздержался, только хмыкнул, но претворению этой идеи в жизнь возражать не стал.
Роман до сих пор не мог перестать думать о мести торговцу, который заявил, что вместо заячьих шкур мои друзья принесли крысиные. Периодически он заговаривал об этом, предлагал нанести нечестному купцу визит, чтобы хотя бы припугнуть. Или, еще лучше, подстеречь его вечером и хорошенько отлупить в каком-нибудь переулке. Но никто этих воинственных затей не поддерживал.
А позже выяснилось, что лавка эта находится прямо через улицу от сторожки, где расположились люди Грача. Если бегом, то буквально в двух шагах. Ну и на крыльце этого заведения нашелся уже знакомый знак в виде летящей птицы. Все складывалось так, будто сам Красный Телец благоволил затее моего приятеля.
