Открываются резные двери и делают новобрачные первый шаг. Слаженно выдыхает вся трапезная, от Дивляны, до последнего служки. Ибо такой красы им еще видать не приходилось. Мужи знатные остолбенело таращатся на красоту нежную, от которой дыхание замирает. Да только боязно становится смотреть, больно строго смотрят фиалковые глаза. А уж синие так и вовсе – вот-вот под лавку загонят. Ревнив оказался князь наш, тот, что ранее ни одного сарафана не пропускал. Нет уж, лучше в пол глаза опустить и попытаться представить – сколько может стоит платье невестино. Сокровищница на ней цельная, не иначе! Камни-то одни баснословной красоты, эвон какая огранка. Аж ежели посчитать с золотом, что на голове да в ожерелье… Даже подумать страшно. Каждый из миргородцев косился на свою сродственницу и понимал, что она, по сравнению с молодой княгиней – едва ль не нищенка. И по глазам женщин становилось понятно – не будет им сна и покоя, пока себе что-то не прикупят. Такое, как «княгинино».
Женщины и девки миргородские из самых знатных семей так и вовсе рты пораскрывали, будто деревенские, что первый раз в город попали. Шепоток восхищенный, а кое-где и завистливый бежал по столам.
- Матушка Макошь, это что ж за каменья!
- Никак сокровищница цельная! Сияет как!
- А глаза-то какие у ней… Будто Леля сама…
- Мне бы такое монисто на шейку!
- Ох, не зря князь столько лет не женился. Экую красу дождался.
- Как же ж дивно переливается платье-то. Словно не человечьими руками вышито.
- О-хо-хонюшки, как узоры-то запомнить?!
Под тихие восклицания гостей проходит пара и поднимается к почетному столу. Сегодня они – главные гости, оттого центральные места им выделены. Усаживает князь свою горлицу и токмо потом садится сам. Затихает трапезная, десятки глаза смотрят на своего правителя.
- Другие мои! – поднимает Велеслав кубок. - Сегодня счастливейший день в жизни моей. Наконец встретил я суженную свою, свою любимую. И сегодня краса эта стала моей женой и княгиней вашей. Встречай Миргород – княгиню свою, Тамирис миргородскую!
Все до единого кубки подняли, приветствуя жену князя Велеслава. А та, едва только кубки на столы поставили, сама заговорила.
- Славные жители Миргорода! Я хоть и прибыла издалека, да только успела за короткое время прикипеть душой к этой земле и людям. Не могу не восхищаться вашей стойкостью, вашей силой и широтой души. Потому даю слово, что вместе с мужем буду править с любовью к этой земле и заботой о ее жителях. И готова защищать вас ценою собственной жизни.
Потонул ее голос в приветственном реве. И не понятно, кто ревел громче – валоры, гордые за свою кагани, али миргородцы. Народ ведь не обманешь, он правду чует. А про ее подвиги на Болотах только глухой не слыхивал.
Почувствовав пристальный взгляд, Тамирис повернулась к мужу. Тот смотрел на нее с нескрываемым восхищением.
- Умница! Люблю тебя, – прошептал он, прикасаясь своим золотым кубком к ее.
- Я сказала то, что думала.
- Тогда мне вдвойне радостно, что мою землю ты своей считаешь.
- Я хочу разделить с тобой не только радости, но и тяготы. Вдвоем любые трудности легче преодолевать.
- Мне ли не знать, свет мой! Мы с тобой уже столько преодолели, что у некоторых за всю жизнь не выпадает.
- Кому многое дается, с того много спросится.
- Ради тебя, моя птичка, я на все готов.
- Знаю. Но не будем сейчас о трудностях, скажи лучше, кто моих валоров так рассадил? - молодая княгиня указала на столы дружины. А гости там сидели вперемешку с рысятками. Девушкам пошили новые камзолы из зеленого бархата, расшитые белыми узорами с жемчугом. Высокий воротник-стойка лишь подчеркивать хрупкую красоту и одновременно придавал строгость. Пусть и не было на рысях украшений, это не мешало им даже с некоторым превосходством смотреть на разодетых в пух и прах боярышень. И чего скрывать – многие знатные девушки смотрели на них со смесью зависти и восхищения. Легенды про девочек Яры ходили по городу одна чуднее другой, но главное – свободны они были. В выборе жизненного пути, а значит и пару себе могли выбрать по сердцу. Не так как старший мужчина в семье решит. Что ему глупые девичьи слёзы о нелюбимом?
- Как кто решил? Яра. Воины ваши многие языком нашим не владеют, да и без женщин здесь они, в отличие от наших. А рысята на валорском, как на родном говорят, к тому же – женское общество любому приятно будет. Не будут гости себя ущербными чувствовать. Только Яра с Джанибеком в таких выражениях воинам приказали себя хорошо вести, что те кажись, и дышат через раз, - усмехнулся князь.
- Правильно они сделали, что так сказали, - одобрила Тами, - у нас к женщинам пренебрежительно относятся. Воинам полезно почувствовать, что за девочками стоит сила. А они сами – подчиняются и уступают. Хотя, после Смиренкиной выходки все по-другому на здешних женщин смотрят.
- Да уж прибавила она мне седых волос на ристалище.
- Всем нам. Но думаю, пользы от ее авантюры будет намного больше. И не только вашим девочкам. Полезно наших мужчин с небес на землю …
