— Тётя, он такой же человек, как и все, лишь облеченный властью. Где письмо?
— Так у лакея… — растерянно.
— А лакей, где? — устало.
— В людской дожидается.
— Ну, и? — нетерпеливо.
— Уже зову! — тетя неистово зазвонила в колокольчик вызывая горничную.
Девушка прибежала запыхавшись, тетя ей тут же велела позвать дворцового лакея, а заодно прихватить мазь для ран, заживляющую и антисептическую. Вот за это я была даже очень благодарна ей. Через пару минут, в гостиную практически вбежал лакей в дворцовой форме. Низко поклонился, и протянул конверт. Взмахом руки отпустила его и горничную, располагаясь на диване. Конверт оказался с сюрпризом — запечатан с помощью магического заклинания, и открывался лишь тем, кому был предназначен. Что же такого важного мог написать император, что потребовалось такой защиты от взлома? Вскрыла сургучную печать, на миг письмо окутало сиянием, заклятье снялось, достала лист дорогой бумаги с запахом духов и монограммой Александра. Пробежала глазами строчки послания и не поверила тому, что увидела. Даже покрутила в руках лист и посмотрела со всех сторон, перевернула, но более никаких посланий не выявилось.
Жутко была зла на императора! Это же надо было додуматься прислать мне любовное послание? Он там, что совсем с головой не дружит? Или считает такое в порядке вещей? Он же не думает, что я побегу с ним на свидание с багажом в виде почти мужа, которого он сам, между прочим, мне засватал?
Странные эти существа мужчины, особенно облечённые властью. Никто не знает, что твориться в их мозгах, и что они могут выкинуть в следующий раз. Вспоминая историю своего мира, ту её часть, что была скрыта от общественности, можно сказать, что в этом мире такое тоже вполне может быть. По приказу становиться фавориткой императора или царя, привычное дело среди фрейлин и дам аристократии. Кто смел противиться — мог не только расстаться с имуществом, но и с жизнью.
Тетя всё это время тихонько сидела рядом в ожидании от меня хоть чего-то. Я же словно застыла, ледяной статуей, покрывшейся коркой льда. В мгновение спалила письмо, бросив остатки на серебряное блюдо, стоящее на столике.
— София? Там было что-то срочное?
— Нет, тетя. Император всего лишь выразил желание меня видеть в собственной постели. Ничего странного. — Именно так я интерпретировала его письмо.
— Но ты даже ещё не замужем, официально по крайней мере.
— Так вы это не осуждаете? А как же ваши лекции о морали? О чистоте? О невинности?
— Прости я просто не так выразилась, Софи! Конечно, я это осуждаю, о чём только думал император, посылая такое письмо? Это же неприлично! Была бы ты вдовой, тогда ещё можно было подумать о его предложении.
— То есть вы хотите сделать меня вдовой, еще даже не выдав замуж и уложить в постель императора?
— Быть фавориткой императора очень почётно, только представь какие перспективы для тебя откроются?
— И куда, по-вашему, я должна деть своего вполне здорового и молодого мужа? — не думала, что моя тетка будет мне говорить подобные вещи, я была в шоке!
— Император может его снова отправить на границу, а его могут там убить, и ты станешь свободной. Да ещё и владеть двумя княжествами.
— Вы серьёзно?
Как-то не вязались воспоминания, оставшиеся от Софии о тетке в моей голове. Среди всех знакомых девушки, она была самой ярой поборницей морали. Почему её так и не любила София, именно за ее взгляды об отношениях между полами, а тут такой финт! Просто поразительно! Она сломала мой мозг и представления о ней, как о самой благочестивой женщине! Не будь я попаданкой из современного мира двадцать первого века, могла бы даже в обморок грохнуться от такого предложения. Но меня больше возмутило не предложение императора, а отношение к этому тетки.
— Император куда лучше, чем князь, даже пусть он будет первым после императора и его правой рукой и главнокомандующим армии. Да ты могла и бы совмещать их двоих, думаю все были бы довольны.
Господи! Неужели я это слышу собственными ушами? Не могу поверить, кто-нибудь ущипните меня, я, наверное, сплю?
— Извини, тетя. Мне нужно отдохнуть и побыть одной. Вечером приедет Данимир, распорядись подать ужин.
— Конечно, София. Иди отдохни, бедная девочка на тебя столько всего свалилось. А я пока закончу список гостей.
— И скольких вы уже вписали в него? — с опаской спросила у слишком довольной женщины.
— Двести человек и еще не до всех дошла.
— О, боже!
