— Мерзавец! — теперь уже Гальба начал терять терпение. — Ты заплатишь суровую цену за, только что произнесённые слова! Когда я убью тебя, то набью из твоей шкуры чучело!
Князья даже не стали выстраивать свои флоты в боевые построения, а сразу, со всей жестокостью накинулись друг на друга. Командоры Бартоломея желали отомстить за проигранную прошлую битву, воины Гальбы желали отстоять свой протекторат от захватчиков. Две мощные лавины слились в одну бесформенную массу, которая изрыгала десятки тысяч плазменных лучей одновременно. В возникшем хаосе эфира слышались, то возгласы радости, то вопли боли и страдания.
Корабли князя Бартоломея сначала немного растерялись стойкости экипажей противника и начали рассыпаться, но сыновья князя, во главе своих малых эскадр, быстро выправили положение. Флот Суры перегруппировался и снова атаковал с бешеной силой.
Численный перевес кораблей Бартоломея сыграл свою роль, пятнадцатитысячный корпус Гальбы начал пятиться назад, не выдерживая натиска. Бартоломей Сура, видя, что противник дрогнул, послал в бой свой последний резерв — гвардию. Гвардейские крейсера не стали атаковать в лоб, а сделав большой крюк, зашли с одного из фланговых направлений.
Исход битвы стал всем очевиден.
— Это первый урок тебе князь-протектор, — усмехнулся Бартоломей, видя, как вражеские корабли дрогнули, — не бросай вызов сильнейшему дому Империи!
— Очень пафосно и не скромно, — ответил Гальба, приказывая своим командорам отходить, сохраняя строй, — мы ещё не закончили разговор, и продолжим его чуть позже…
Флот Яна Гальбы потерпел поражение, но не был до конца уничтожен. Он начал отступление вглубь своей территории, к столице — Астурии. Там на орбите главной планеты стояла сильно защищённая крепость, на которую Гальба очень рассчитывал.
Через несколько суток отступления и непрекращающихся арьергардных боёв, поредевший флот Гальбы, наконец, прибыл к столице своего протектората, ведя на хвосте эскадры Бартоломея.
— Ты на самом деле думаешь, что сможешь отсидеться за ржавыми броневыми пластинами этой крепости? — засмеялся Сура, видя, как Гальба заводит внутрь твердыни свои корабли. — Она же и так скоро развалиться от старости…
— Крепость служит верой и правдой нашей семье вот уже сто двадцать лет, — заявил Ян Гальба, — и ни один завоеватель не смог её захватить. Многие говорили так же, как ты сейчас, и все они ушли ни с чем…
— Это непорядок, — пошутил Сура, — пора прекращать эту традицию. Я обещаю взять твою развалину за три дня!
Бартоломей окружил крепость своим многочисленным флотом и начал подготовку к штурму. Он подвёл огромные бронированные корабли-тараны для пробития стен и стал планомерно прожигать своими дальнобойными орудиями внешние слои брони крепости. Эти несколько суток корабли Гальбы постоянно выходили из-за стен и пытались атаковать флот противника в разных местах. Однако сил у защитников было значительно меньше, и своими вылазками они ничего не добились.
Ровно на третий день, как и обещал своему врагу, Бартоломей, его тараны были выведены на передовой край и штурм начался. Наступающие корабли, выстроившись в длинные колонны, сразу с нескольких направлений устремились к обшивке стен. Реактивные тараны сделали своё дело и пробили после нескольких часов работы, броню крепости, хоть и сами сильно пострадали при этом.
В образовавшиеся бреши хлынули бесчисленные корабли князя Бартоломея. Сам князь уже поднимал бокал за свою победу, когда неожиданно в систему вошёл новый неизвестный флот. Неопознанные корабли сходу атаковали боевые порядки Суры, заставив тех прекратить штурм и отойти от крепости.
— Чьи, это корабли? — растерянно спросил Бартоломей. — И кто посмел напасть на меня без объявления войны?!
— По данным сканеров, это крейсера из 3-го, 5-го, и 6-го «жёлтых» легионов, — сообщил дежурный офицер разведки, — Все они до этого находились в составе союзного флота Птолемея Янга, когда мы уходил из союзного лагеря.
— Дьявол в плоти, — закричал Сура, — этот подлый первый министр меня обманул!
Действительно, перед флотом Суры сейчас стоял тот самый карательный отряд, который Птолемей Янг выслал на поимку Бартоломея. Примирительное обращение, посланное Птолемеем, Суре, было лишь ловушкой для последнего, чтобы выманить Бартоломея из родного сектора и обвинить его в нападении на 11-й протекторат. Первый министр не отозвал свой флот, как сообщал, а лишь спрятал его до поры в одной из неосвоенных систем, недалеко от столицы Гальбы. Возглавлял этот отряд, страшного вида, одноглазый генерал по имени — Иван Кордо. Это был закалённый в боях командующий легионом, и сейчас, он смело повёл двадцать тысяч своих крейсеров в атаку на растерянного Суру.
Так как корабли князя Бартоломея были разбросаны по периметру крепости и были заняты штурмом, то они не сумели быстро сориентироваться и перестроиться для обороны. Легионы Кордо набросились на разрозненные эскадры Бартоломея и начали опрокидывать одно подразделение за другим. Сам одноглазый генерал был всегда впереди своих солдат на огромном линкоре под названием «Гато».
