— Послушай меня, девочка. — Атилла наклонился к ней, — позови свою госпожу в соседнюю комнату и сделай это так, чтобы Бадур не заметил.
— Зачем вам она, господин, — призывно заулыбалась девушка, — ведь на свете есть много других красавиц, только поманите и они все будут у ваших ног.
— Ты сделаешь то, о чём я тебя прошу?
— Сейчас я позову её, — грустно сказала служанка, удаляясь, — ждите в сапфировой комнате.
Атилла оставив своих людей в большом зале, проследовал в соседнее помещение. Вскоре в комнату вошла, а вернее вбежала, Алисия. Девушка сразу упала на колени перед генералом и стала заливаться слезами.
Лжеалисия уже знала о беседе Атиллы с Дорнье и заговоре между ними. Увидев Вереса с отрядом своих телохранителей, вошедших во дворец, девушка сразу поняла, что тот намерен убить Бадура. Как ни хотелось нашей танцовщице стать невестой диктатора, она всё же осознала, что в сейчас лучше выбрать правильную сторону.
— Я больше не могу так жить, — плакала девушка, — и не хочу быть с этим ужасным человеком. Бадур силой овладел мной и заставлял делать всякие непристойные вещи. Я полюбила вас всем сердцем, как только увидела, но, к сожалению, моё счастье было не долгим…
Она обхватила колени генерала и продолжала рыдать. Молодой человек, конечно же, не смог долго выдержать такого отчаяния юной красавицы, и уже спустя минуту целовал её и говорил о том, что совсем скоро они будут вместе.
— Мне не суждено никогда стать вашей, — продолжала Алисия, беря в руки лицо Атиллы и покрывая его поцелуями, — ведь я обесчещена…
— Для меня, ты самое чистое создание во Вселенной! — воскликнул Атилла. — Тебя не могут измарать ничьи грязные прикосновения… Оставайся здесь и жди меня!
С этими словами он выбежал из комнаты и бросился в Большой зал. Его люди, смешавшиеся с толпой, увидели, что их господин направляется к тому месту, где сидит Бадур, и последовали за ним.
В это время сам диктатор вёл беседу со своим первым министром. Тарвиц был сильно недоволен тем, что его план по дискредитации министра вооружения привёл к совершенно противоположному результату. Из-за любовной срасти диктатора министр Дорнье из заговорщика, очень скоро мог превратиться в ближайшего родственника Бадура. И, конечно же, Ален Дорнье, не преминул бы воспользоваться своим положением, чтобы не отомстить за все свои злоключения, именно Тарвицу.
— Семейство Дорнье, с которым вы так желаете породниться, слишком бедное и не влиятельное, — говорил первый министр, — союз с ними не принесёт никакой пользы. Если вам так приспичило жениться, то сделайте свой выбор из более могущественных княжеских фамилий. Например, у тех же Висконти целый взвод невест на выданье…
— К дьяволу, этих Висконти, — отмахнулся Бадур, — они всем своим огромным табором сядут мне на шею и уже не слезут с неё, пока я не раздам им всю Империю по частям…
— Да, но у них большой флот, который сейчас нам бы очень пригодился в противостоянии с Птолемеем.
— Может ты и прав, мой хитрый друг, — засмеялся Бадур, — да и вообще, кто тебе сказал, что я собираюсь жениться на внучке Дорнье?
— Вы же сами об этом заявили ещё вчера!
— Мало ли, что я мог ляпнуть в порыве страсти. Вчера — сказал, сегодня — передумал… — махнул рукой Бадур. — Я думаю, что владеть женщиной можно и без лишних обязательств.
— О, вы возвращаете меня к жизни, господин, — обрадовался Тарвиц, — значит, помолвка отменяется?
— Посмотрим, — уклончиво ответил диктатор, смотря по сторонам. — А, кстати, где моя избранница?
Он безуспешно пытался отыскать взглядом Алисию, но вместо неё заметил, подходящего к их столу Атиллу с личными телохранителями. Все они были вооружены, а их боевые доспехи были активированы.
— Ты никак на войну собрался? — удивлённо и немного озабочено спросил Бадур. — Что это за маскарад вы здесь устроили? Кто вам разрешил появляться в покоях императорского дворца с оружием наперевес?!
Охрана диктатора уже была уже тут. Его люди стали автоматически активировать свои доспехи, но не успели этого сделать. Солдаты Атиллы открыли ураганный огонь по всем находящимся рядом. Десятки людей падали замертво под лучами их плазменных винтовок. Зал наполнился криками боли и стонами умирающих.
Сам Атилла в два прыжка оказался лицом к лицу с Бадуром. Министр Тарвиц рухнул на пол и на четвереньках уполз под диван. Доспехи 6-го уровня, надетые на Бадуре, моментально среагировали на опасность и активировали защиту, поэтому удар меча Атиллы в грудь диктатора ни к чему не привёл. Более того, Бадур схватил Атиллу и, подняв над собой, отшвырнул на несколько метров. Выхватив в ответ свой меч, Усем Бадур закричал:
— Как ты посмел напасть на меня, неблагодарный?! Разве не я возвысил тебя над остальными и не приблизил к себе?!
— Ты забрал у меня самое ценное! — воскликнул Атилла, снова вскочив на ноги. — И за это поплатишься жизнью!
— Я абсолютно не понимаю, о чём ты говоришь, но это уже и не важно! — грозно пошёл на него Бадур, размахивая своим кривым туранским мечом. — Любой, кто обнажил против меня своё оружие, должен погибнуть!
