– Это ты зря, мам. У Димки характер покруче Алика будет. Он упрямый, как бычок. Просто он очень добрый и любит скоморошничать.
– Ты гляди, – предупредил отец, – вижу, компания у вас крепкая, и верховодишь в ней, как и раньше, ты, только поверь опыту, когда внутри начинаются всякие там шуры-муры, кончается все ссорой. Не подрались бы из-за тебя твои мальчишки.
– Подрались уже, – с неохотой сообщила Эл. – Пройденный этап.
– И кто победил? – поинтересовалась Елена Васильевна.
– Алик, – Эл потупила глаза. – Накостылял Димке по первое число.
– Эл, что это за выражение – "накостылял"? – возмутилась мать.
– Однако. Отношения у вас серьезные, – сказал Павел Терентьевич.
– Так мы уже не дети, – ответила Эл.
– А долгий ли у тебя отпуск, дитя? – поинтересовался отец.
– Недели две, потом видно будет, – ровно ответила Эл.
– А не махнуть ли тебе к деду, в Крым? Он же тебя с пеленок не видел.
– Неправда. Мне было шесть лет, мы к нему ездили. Я хорошо помню. Хорошая кстати идея. Только вас мне оставлять не хочется.
– Так ведь лето, – пояснил отец. – Устроим отпуска, и загорать.
– А получится всем вместе? – спросила Эл.
– Я то смогу, – ответила мать. – Вот как наш генерал?
– Завтра. Нет. Послезавтра звоню начальству. Я в отпуске знаешь, сколько не был? Три года. Как генерала дали.
– Вижу как сейчас, – Эл закрыла глаза и развела руками в стороны. – "Выезд генеральского семейства на воды". Картина первая и последняя. Я хоть завтра. Только через двенадцать дней я должна быть в Москве. Давайте попросим Димку проверять нашу почту? Я жду важное сообщение.
Эл поняла, что нужно оставить ребят одних. Уехать – лучше не придумаешь. Пусть сами взвесят все "за" и "против". Несмотря на сомнения, она все-таки приняла предложение Торна.
– Я знаю, где это. Я впервые ушла оттуда в сказку. Если все будет как в прошлый раз – я сильно удивлюсь.
Эл ощутила волнение, в горле встал комок, а в солнечное сплетение словно штырь вогнали. Эл вздрогнула.
– Ты что, Эл? – забеспокоился Алик.
– Нервы сдают, – сообщила Эл.
– А мы думали у тебя вместо нервов… – Димка не договорил, Алик толкнул его в плечо.
– Вы думали я железная? – спросила она.
– Нет, – ответил Алик. – Тренированная.
– Да. Только дело здесь не в тренировке, а в душе. Душу не просто вытренировать.
– Ясно, – кивнул Димка. – Выкладывай, что случилось?
– Язык не поворачивается, – Эл запустила руки в свою шевелюру, губу закусила, что делала редко.
Димка засопел в ожидании. Он знал, что сейчас она начнет ходить из стороны в сторону. Эл уже сделала пару шагов, но Алик властно преградил ей дорогу, взял за плечи и сказал:
– Не оставляй на потом. Время летит быстро. Говори.
– Я семейные альбомы смотрела. Дед вдруг прошлое стал вспоминать, а фото у него и довоенные, и даже годов двадцатых. Семейных несколько. Он и то рассказывает, и это. И вдруг до меня доходит, папины предки сплошь темноволосые, все. Запала мне эта мысль, я брожу туда сюда по поселку и натыкаюсь на женщину. Как специально. Она меня спрашивает: "Светлова внучка?" Я отвечаю: "Да". Она: "Ишь, белёсая". Я спрашиваю: "Что тут такого?" А она: "Мать твоя словно чудо совершила, мол, когда брательником разродилась, роды плохо прошли, не могла она больше родить, а девку родила". Она местной акушеркой была до пенсии. Действительно, Санька в Крыму родился. Ребята, меня на изнанку вывернуло. Два дня до отъезда, а меня ноги домой не несут. Приехали, я сунулась в семейный альбом, а там только наши семейные фото. Вы же знаете, если нужно – я все найду. Стала искать. Мама фотографии предков подальше засунула, я посмотрела. Ни блондинов, ни кудрявых. Мне еще красные глаза и будет в семье натуральный альбинос.
Эл сникла, плечи опустились. Алик потянул ее к себе за плечи. Эл уткнулась головой ему в грудь, и он услышал, как она всхлипнула.
– Ты что, Эл? – Димка подскочил к ним, он хотел ее обнять, но Эл уже обнял Алик. Димка застыл, не зная, что ему сделать.
– Брось. В природе чего не бывает, – старался утешить ее Алик.
– А способности? А кровь эта проклятая? Ничего никуда не делось, – всхлипнула Эл.
– А что кровь? Все же в норме было? – стал спрашивать Алик, он коснулся щекой ее волос.
– Нет. Я притворяться умею. Еще до Уэст поняла как, когда все иначе чувствовала. У меня приступ был в Крыму, нервы сдали… Опять.
Глаза Алика округлились, он беспомощно посмотрел на Димку, тот не шевелился.
– Я не человек. Не человек, – Эл выдавила это из себя.
