— Получилось? — спрашивает он тихо.
— Да, — хрипло говорю я говорю. Кожа под его пальцами горит.
Его глаза все еще смотрят в мои, будто он чего-то ждет. Какого-то сигнала, но я слишком
напугана, чтобы дать его ему. Бишоп опускает руки и делает шаг назад.
— Я пойду готовить ужин.
Я киваю.
— Хорошо. Я скоро приду.
Как только Бишоп уходит, я иду к кровати на трясущихся ногах и сажусь. Я зажмуриваюсь
и делаю глубокий вдох. Я все еще могу чувствовать руки Бишопа на своих плечах и его пальцы на
своей шее. Я напоминаю себе о том, что сделал его отец. Но прикосновения Бишопа нежные, его
намерения добрые. Неважно, как пристально я смотрю, я не могу найти кровь на его руках.
Глава 11
Это искусство — найти правильное время, чтобы подойти к Виктории. Дело не в том, что
она злая, просто она немного резкая, когда занята.
Мы быстро перекусываем в небольшом кафетерии суда. Я выбираю жареную курицу и
бутерброд с сыром, в то время как Виктория берет себе салат с курицей.
— Ну, — начинаю я. — Дэвид давно здесь работает?
Виктория пожимает плечами.
— Я не знаю точно. По-моему, мы работаем здесь одинаковое время.
Я отковыриваю кусочек курицы, но не ем.
— Ты не думаешь, что это странно, что у него пистолет?
— В смысле? — спрашивает Виктория с поднятыми бровями.
— Я просто имею в виду, что большинство людей опасаются оружия.
Виктория жует салат.
— Он чувствует себя вполне комфортно.
Я пытаюсь смеяться.
— Да, наверное, — я кусаю черствый бутерброд. — Это его пистолет или он берет его
здесь? — я уверена, что она слышит мое сердцебиение.
— Он берет его здесь. Работа опасная, — говорит Виктория. Она достаточно легко отвечает
на мои вопросы, но ее взгляд острый.
— У них, что, здесь запасы? — снова смеюсь я.
— Почему тебе так интересно? — спрашивает Виктория, отложив вилку. — Я не знала, что
ты заинтересована в оружии.
Я качаю головой.
— Это так. Ну, может, немного. Я читала о них в книгах, но я никогда не видела их. Ты
знаешь… запретный плод и все такое.
Мой ответ видимо устроил Викторию, потому что она снова взяла вилку.
— Ты не единственная, кто чувствует себя таким образом. Половина людей, которые здесь
работают, постоянно просят Дэвида показать им склад, — она фыркает. — Я могла бы пошутить,
но я не буду. Но Дэвид осторожен с пистолетом. Как и должен быть. Только некоторым людям
доверяют оружие. А Рэй…я не думаю, что ты встречалась с ним?
Я качаю головой.
— Его работа — держать оружие в безопасности и в хороших руках, — наверное, Рэй —
тот пожилой человек, который был с Дэвидом.
— Надеюсь, они не используют меня в качестве мишени? — спрашиваю я.
Виктория улыбается.
— Не думаю. Поговори об оружии со своим свекром, — она указывает на меня концом
вилки. — Рэй отвечает за оружие, а Президент Латтимер отвечает за Рэя.
— Это хорошая идея, — сказала я, а сердце начинает биться быстрее. — Может быть, я
спрошу его, — нет, я не буду. Я не могу придумать способ, чтобы получить код от комнаты. Но
Виктория, наверное, права. Человек, который, несомненно, имеет информацию, — мой свекр. Я
думаю, стоит обыскать его стол. Я уверена, в нем много тайн.
— Готова? — спрашивает меня Виктория. Она уже стоит и держит в руке пустую миску от
салата.
— Конечно, — я встаю на ноги, бросая свой бутерброд в мусорное ведро.
— Их выгоняют сегодня днем, — Виктория говорит мне, когда мы выходим из кафе. — Мы
должны все подготовить.
Мои шаги медленные. Когда я была маленькой, я всегда шла медленно, когда не хотела
куда-то идти.
— Ты в порядке? — спрашивает Виктория.
Я ускоряюсь.
— Мы будем там, когда их будут выгонять?
— Нет, — говорит Виктория, и я облегченно вздыхаю. Я знаю, что сделал Марк Лэйрд, но я
все равно не хочу смотреть его наказание.
— Сколько их?
— Сегодня трое, — говорит Виктория.
— Это типично? Количество, я имею в виду? — президент Латтимер не дает нам
информации о том, кого будут выгонять.
Мы поднимаемся по лестнице.
— Мы делаем это каждый месяц, и их всегда мало. Одной зимой было пять человек, это
был максимум. Это была плохая зима, — она смотрит на меня. — Как правило, все мужчины, но
не всегда.
— Президент Латтимер приходит?
— Нет.
— Конечно, нет, — бормочу я. — Это же грязная работа.
Виктория останавливается как вкопанная, и я чуть не врезаюсь в ее спину.
— Следи за собой, Айви, — говорит она. Она не злится, а обеспокоена. — Теперь он —
твоя семья.
Я киваю. Я не думаю, что президент Латтимер ранит меня. Я же его невестка, я всегда на
виду. Он причинит боль моим близким — Келли, моему отцу, он — человек, чье наказание будет
еще более болезненным. Он убил мою мать, чтобы достать моего отца.
Виктория заходит в офис, чтобы взять пачку файлов с края ее стола. Затем мы спускаемся в
подвал.
— Мы дадим им что-нибудь? — спрашиваю я, пытаясь догнать Викторию. — Прежде чем
мы их выгоним?
— Типа прощальный подарок? — хмуро хмыкнула Виктория.
— Нет, конечно, нет. Но воду, например? Или карту? — даже когда я задаю вопрос, я знаю
ответ.
— Неа, — Виктория открывает дверь в подвал и придерживает ее для меня, чтобы я
