Книга-беспокойство полностью

Стоит осветить еще один важный момент – благодаря Пути с каждым последующим уровнем уменьшается зависимость от предыдущего. Иными словами, когда союз солнца и луны становится более тонким и продолжительным, его кратковременные и грубые формы как бы отходят на задний план. К примеру, чувство материального достатка и семейного благополучия умеряет сексуальное влечение, но, в свою очередь, само теряет вес благодаря эмоциональным привязанностям. Последние превозмогаются или просветляются коллективной идентичностью, т.е. социальным «я». Скажем, ради защиты родины призывники оставляют свои семьи и уходят на фронт. Социальное «я» может расшириться до универсального – над-полового, над-расового, над-кланового, над-этнического, над-конфессионального, где во главу угла ставится истина, и в угоду ей жертвуется всё остальное. Это расширение происходит в т.ч. за счет созерцательного «я». Сократу принадлежат слова: «Платон мне друг, но истина дороже». Есть более жесткое евангельское высказывание, передающее ту же суть: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня». Вероятно, эта истина должна смягчаться тем, что взамен всему, приносимому ей в жертву, дается нечто такое всеобъемлющее, умиротворяющее и прекрасное, что заполняются все зияющие пустоты. В том случае, конечно, если берется последняя высота.

Следование Пути, а тем более достижение каких-то высот – это некий идеал, и, как положено всякому идеалу, к нему приближаются крайне редко. Говорят, человеку свойственно ошибаться, читай, отклоняться. Верным признаком отклонения всегда будет несостыковка солнца и луны на некой условной высоте и, как следствие, излишнее притяжение между ними на более низком уровне. Иначе говоря, это означает хрупкость гармонии или дисгармоничность. Мимоходом я сравнил отклонение от Пути с качанием маятника, но сюда нужно добавить еще несколько штрихов, чтобы как можно лучше запечатлеть это движение.

Можно представить пружину в форме полукруга или дуги, прикрепленную обоими концами к горизонтальной плоскости. В верхней точке дуги будет что-то вроде перемычки, разделяющей ее на две равные стороны или боковинки. Если еще немного пустить в ход воображение, через центр дуги будет проходить вертикальное силовое поле, постепенно и равномерно поднимая пружину, сближая ее боковинки и предохраняя их от чрезмерных колебаний.

При настойчивых попытках любой из боковинок «перетянуть одеяло» на себя и уклониться от силовых линий поля – подобное своенравие также необходимо учесть в воображаемой картине – она будет в той или иной мере лишаться его поддержки. Кроме того, ограничителем или противовесом отклонившейся стороне одновременно становится ее собственное основание, а также другая боковинка. При чем, последняя будет натягиваться сильнее, тем самым увеличивая свой энергетический потенциал. Если курс движения не выпрямляется, колебание или схлопывание пружины в противоположную сторону становится неизбежным. Вероятно, излишним будет сказать, что пружина символизирует взаимосвязь солнца и луны, двух боковинок, в силовом поле Пути либо вне его.

Если еще чуть «глубже в лес», солнечная сторона имеет довольно мало изгибов, и в основном это касается ее нити или верхней части. У самого же основания она подобна прямому, толстому жгуту. Лунная боковинка целиком спиралевидна, начиная от больших, тяжеловесных колец до более легких и маленьких витков в верхней ее оконечности.

По большому счету, к восхождению стремятся или склонны лишь верхние области пружины, поскольку несут в себе отпечатки друг друга. Т.е. некоторая витиеватость нити суть отпечаток луны, а б'oльшая легкость и подвижность витков – след солнца. Благодаря отпечаткам возможно более глубокое взаимопроникновение и сопряжение этих светил. Даосский символ «инь-янь», в котором каждое из начал содержит в себе частицу своей противоположности или дополнения, в общем, отражает этот принцип.

Что касается нижних частей, т.е. жгута и колец, они слишком поляризованы, чтобы вмещать свой разноименный заряд. Поэтому здесь поиск своей пары направлен целиком вовне. Жгут и кольца порождают довольно приземленные жажды, играющие «на вторых ролях» в отличие от более высоких порывов.