Третий, самый полный список — «Саламанкский» — принадлежал некогда Старшей коллегии святого Варфоломея Саламанкского университета, затем долгое время хранился в библиотеке Королевского дворца в Мадриде и сравнительно недавно возвращен в библиотеку университета в Саламанке. Манускрипт, видимо, относится к началу XV в. и помимо 1544 строф стихотворного текста (около 6200 стихов) содержит прозаический пролог. Датой завершения книги здесь назван 1381 г. «эры Цезаря», т. е. 1343 г. н. э. В тексте Саламанкского манускрипта имеется семь лакун, лишь отчасти восполняемых другими списками.[281]
Немалый интерес представляют и другие варианты текста «Книги благой любви», сохранившиеся в рукописях и изданиях XIV—XVI вв. Эти тексты невелики, но они все же позволяют уточнить некоторые строки книги Хуана Руиса. Так, например, в конце XIX в. в библиотеке университета города Порто (Португалия) был обнаружен небольшой фрагмент португальского перевода «Книги благой любви»; как полагают исследователи, найденные строки — отрывок из перевода, выполненного в последней трети XIV в. и хранившегося в библиотеке португальского короля дона Дуарте (1433—1438).[282]
Цитаты из «Книги благой любви» встречаются дважды — в 4-й главе 1-й части и в 8-й главе 3-й части — в книге «Бич, или Осуждение мирской любви» (1438) Альфонсо Мартинеса де Толедо, испытавшего несомненное влияние архипресвитера Итского.
В 1898 г. Рамон Менендес Пидаль обнаружил в одном из списков XV в. «Всеобщей хроники» сделанную на обороте текста более позднюю хугларскую запись с отрывком «Книги благой любви». Небольшой по объему фрагмент (всего 4 строфы) представляет тем не менее большой интерес и как свидетельство популярности книги Хуана Руиса в демократической среде, и своими разночтениями с известными нам текстами.[283]
Среди заметок испанского гуманиста XVI в. Альваро Гомеса де Кастро были обнаружены 30 строк, извлеченные из Толедского манускрипта; семь из них не фигурировали ни в каких известных списках.[284] Известно также, что ренессансный историограф XVI в. Гонсало Арготе де Молина обладал рукописью «Кансьонеро архипресвитера времен Альфонса XI», но рукопись эта до сих пор не разыскана.[285]
Давно стало ясно, что истинный облик книги Хуана Руиса может быть восстановлен лишь на основе сопоставительного анализа всех дошедших до нас текстов «Книги благой любви». Однако вплоть до нашего столетия издатели этим требованием пренебрегали. Томас Антонио Санчес, впервые опубликовавший произведение Хуана Руиса под названием «Стихи»,[286] знал, правда, о существовании всех трех основных списков, но воспользовался лишь имевшимся в его распоряжении манускриптом Гайосо, к тому же совершенно произвольно исключив из него несколько важных эпизодов, показавшихся ему «безнравственными». Узнав об этом еще до выхода в свет книги, известный испанский просветитель Гаспар Мельчор де Ховельянос предложил Испанской академии разрешить публикацию книги Хуана Руиса полностью. Академия согласилась с этим мнением. Тем не менее Санчес сохранил в своем издании многочисленные купюры.[287] С этими же купюрами выпустил книгу Хуана Руиса Эухенио де Очоа полвека спустя.[288]
Желая восполнить пробелы этих изданий, X. Амадор де лос Риос в четвертом томе своей «Критической истории испанской литературы» не только дает обширный этюд о Хуане Руисе, но в приложении публикует опущенные Т. А. Санчесом 60 строф. Независимо от Амадора де лос Риоса и почти одновременно (в 1864 г.) этот полный текст манускрипта Гайосо Флоренсио Ханер включает в 57-й том знаменитой «Библиотеки испанских авторов».
Только в 1901 г. французский ученый Жан Дюкамен публикует все три основных списка «Книги благой любви».[289] С этого момента начинается серьезное научное издание текста книги, а также его основательное изучение. Так, в 1913 г. Хулио Сехадор-и-Фраука выпускает с обширным предисловием и комментарием двухтомное издание книги, в основу которого положен все тот же манускрипт Гайосо, но включены и дополняющие его фрагменты из Саламанкского манускрипта.[290] Долгое время ученые ориентировались преимущественно на это издание, неоднократно перепечатывавшееся, хотя довольно скоро выяснилось, что в нем немало ошибок, субъективных и сомнительных толкований. Лишь в 1960-е гг. появились почти одновременно три «критических издания» текста «Книги благой любви».[291] Эти издания несомненно продвинули вперед текстологические исследования творения Хуана Руиса, но все же выполнить поставленную перед собой задачу — дать в подлинном смысле слова критическую, т. е. тщательно выверенную, освобожденную от разного рода субъективных толкований публикацию текста, свод различных имеющихся его версий — не удалось в полной мере ни в одном из них; подобное издание — все еще дело будущего.
Ждет своего однозначного решения и вопрос о соотношении между собой различных списков «Книги благой любви».
