Книга благой любви полностью

Как мы уже знаем, история литературы дала нам неопровержимые доказательства того, что потомки следовали заветам поэта. На листке памятной книжки одного из бродячих народных певцов Кастилии, обнаруженном Рамоном Менендесом Пидалем, сохранилась запись: «А теперь начнем из книги архипресвитера...». И далее следует строфа из «Книги благой любви» с вариантами, свидетельствующими о том, что книга продолжала жить своею жизнью уже независимо от ее издателя. Вышедшее из народа творение великого средневекового поэта — гуманиста и демократа вернулось в народ.

Когда в 1973 г. издательство «Художественная литература» предложило мне перевести для запланированного сборника «Жемчужины испанской поэзии» три небольших отрывка из «Книги благой любви» Хуана Руиса, я и не подозревал, что прыгаю на спину тигра, с которого мне уже не соскочить целых полтора десятилетия.

Три отрывка (они вошли в мой авторский сборник «Бычья шкура», а позже — частично — в антологии «Испанская поэзия в русских переводах» и «Жемчужины испанской поэзии») послужили теми пробами, на основании которых я по совету друзей-испанистов — Г. В. Степанова и З. И. Плавскина решил обратиться в редакцию «Литературных памятников» с предложением издать книгу Хуана Руиса на русском языке. Предложение было принято, и со мною был заключен договор с «открытым финалом», т. е. в нем (в виде исключения) не значился срок сдачи — без этого условия работа навряд ли смогла бы осуществиться.

Итак, можно было приступать к делу. Начинается же переводческое дело с анализа: надо было внимательно прочесть подлинник, ознакомиться с окружающей вспомогательной литературой.

Как ни парадоксально, но творение архипресвитера Итского, созданное на полвека ранее, чем родился Иоганн Гутенберг, дожидалось знакомства с типографским станком несколько столетий. Оно как бы хранилось в «запаснике» мировой литературы, при том что исследователи и издатели нашего времени ставят «Книгу благой любви» в один ряд с такими вершинами, как «Божественная комедия», «Дон Кихот», «Гаргантюа и Пантагрюэль»...

По счастью, в 1974 г. в Мадриде появилось новейшее издание «Книги благой любви», снабженное обширным аппаратом (издатель — бельгийский ученый Жак Жозе). Этот двухтомник был мне прислан известным испанским литератором и общественным деятелем Хосе Артигасом; пользуясь случаем, приношу ему искреннюю благодарность.

Но даже и владея столь современным изданием Хуана Руиса, снабженным подробной статьей, тщательным комментарием и глоссарием, переводчик нередко становился в тупик, — возникал целый ряд недоумений. Ведь «Книга благой любви» полна специфических реалий, начиная от подробностей католического богослужебного ритуала и до описания средневековых музыкальных инструментов. Впрочем, всякий, кто переводит памятник столь отдаленной эпохи, встречается с подобными трудностями. Здесь не могу обойти словом благодарности моего соратника по подготовке настоящей книги и ее ответственного редактора, профессора ЛГУ З. И. Плавскина, который был взыскательным филологическим редактором перевода.

Основную же трудность для переводчика представлял следующий за анализом синтез — воспроизведение памятника на русском языке. Дело в том, что «Книга благой любви» — стихотворное произведение, редкое по своей виртуозности. Почти вся книга написана стихом, называемым «куадерна виа»; это четверостишия (естественно, силлабические), составленные из четырнадцатисложных строк (иногда количество слогов увеличивается до шестнадцати), причем все четыре строки имеют общую рифму. Строфа представляет собою, как правило, законченное целое: переходы в следующую строфу — исключение, да и переход из строки в строку тоже встречается редко. В каждой из этих длинных строк имеется цезура.

Заметим в скобках, что первым русским поэтом, обратившимся к творению Хуана Руиса, был Илья Эренбург. Но тогда, в 1919 г., он, очевидно, ставил перед собою ограниченную задачу: хотел познакомить читающую Россию с никому не известным дотоле средневековым испанцем, оставляя в стороне своеобычие его версификации, — переведенный Эренбургом отрывок (см. антологию «Испанская поэзия в русских переводах». М.: Прогресс, 1978) выполнен пятистопным ямбом, двустишиями.