Всякое действие имеет свои последствия, а Акире Кирью, молодому и очень многообещающему юноше, пришлось наворотить немало, чтобы оказаться там, где он есть. А где это он? Ох, бездомный, лишенный родительского крова, выкинутый за порог, озадаченный кучей дел бедолага, понятия не имеющий о том, что его ждёт дальше... Поверили? Ну разумеется, нет.Акира разбирается с последствиями, платит по счетам, закрывает долги. Жизнь не стоит на месте, так и ему подобное не пристало. А ведь еще нужно теперь защищать своё гордое прозвище, проливая кровь, пот и чьи-нибудь слезы!И да, женщины. Всегда есть женщины. Теперь их еще больше.К-со!
— «Из комиссара получился, смотрю, самый сердитый труп на свете», — рассеянно подумал Спящий Лис, глядя, как означенный «мертвец» яростно выбирается из черного полиэтиленового мешка, едва не разрывая его в клочья. Взгляд Шина Соцуюки, брошенный на детектива, не мог убить и низвергнуть несчастного детектива в бездну к Эмме О на справедливый суд, но целенаправленное и полностью обоснованное желание этого Хаттори почувствовал даже лучше, чем если бы оно было оформлено в слова.
Не говоря ни слова, талантливо «убитый» на глазах многочисленной публики комиссар (бывший) принялся срывать с себя залитую фальшивой кровью и продырявленную одежду, потом свирепо обтёрся поданным молчаливым подчиненным полотенцем, а затем, еще раз заткнув Лиса взглядом, переоделся в черную военную форму. Также в полной тишине, нарушаемой лишь прерывистым сопением доведенного до ручки человека, Соцуюки Шин, приведя себя в удобоваримый вид, быстро вышел из комнаты, шарахнув напоследок дверью морга так, что с потолка местами посыпалась штукатурка.
Лукаво усмехнувшись, Ивао отправился вслед за ним.
Двое мужчин не произнесли ни слова, пока крытый бронированный автомобиль с государственными номерами вёз обоих за город. В салоне машины соблюдалась та же тяжелая острая тишина, которая установилась, когда комиссар вырвался из полиэтиленовых объятий в свою новую… жизнь. Причем, это время и сам Хаттори проводил с пользой, раз за разом прорабатывая в голове чрезвычайно качественно разукрашенную физиономию бывшего мертвеца, над которой недавно поработал настоящий профессионал своего дела. Чтобы
Всего этого было в избытке.
Шину было на что злиться. Именно в ходе операции, предложенной и утвержденной Хаттори, он одним махом лишился карьеры, жизни, всей репутации, высочайшего общественного положения, влияния. Это можно было спокойно перетерпеть, особенно зная, что ты обречен в скором времени на смерть. Слишком много жестких непопулярных решений, слишком радикальные меры, за всё это нужно было отвечать, невзирая на результаты. Лицемерие политиков, прикрывающих собственные задницы даже во время пожара — притча во языцех.
Только вот потерять всё можно по-разному. Шина категорически не устроило то,
— Что теперь? — коротко и неохотно выплюнули разбитые губы бывшего комиссара.
— База «Цукумогами», — тут же отозвался сидящий напротив него киборг, рассматривавший показания какого-то прибора у себя на запястье, — Контингент шесть тысяч человек, оперативный состав четыреста членов. Сто двенадцать из них вам знакомы, с остальными, думаю, проблем не возникнет. Полное обеспечение, бюджет утвержден. В наличии восемь вертолетов, двадцать три машины для перевозки пехоты, парк дистанционно управляемых дронов для наблюдения, гарантии в полном содействии всех сил полиции Японии.
— Гарантии? — язвительно выдохнул Шин.
— В рамках закона, — прекрасно понял его Спящий Лис, — За рамками — вы и ваши люди, генерал.
— Генерал? — вот тут Соцуюки обомлел.
— Совершенно секретно, но да, генерал, — легко кивнул ему легендарный инвалид в роботизированном экзоскелете, — Также ваша «Цукумогами» подпадает под директиву «никаких рестрикций». Прежде, чем вы переспросите, объясню — любые оперативные действия будут требовать строгой секретности, никаких социальных контактов. Все ваши люди, из тех, кто непосредственно будут участвовать в… акциях, находятся под контрактом на весь срок действия проекта.
Эту информацию требовалось переварить, чем бывший комиссар и занялся. О Спящем Лисе можно было сказать много нелестного, этот человек неизменно выводил из себя всех, с кем контактировал, но вот упрекнуть его в недостатке подготовленности какой-либо информации мог… только сам Шин. Мог, но пока не хотел.
Вскоре они приехали.
Секретные военные объекты скучные. Они ничем не отличаются от обычных военных объектов кроме, наверное, прикрытия и спектра решаемых задач. Так и этот был далеко не подземной базой, а банальной огороженной территорией, за забором которой начиналось приветливое минное поле… а, нет, перед забором тоже. Разумеется, никаких табличек, предупреждающих туристов о том, что тут им может оторвать ноги, не было.
Командный центр, ангары, бараки, ничто не выделялось на фоне множества других баз, однако у Соцуюки были все причины полагать, что когда тот или иной транспорт выедет на «дело», то внутри него будут сидеть весьма зловеще одетые ребята. Черная городская броня, дополнительно усиленная рядом нововведений, в которые в скором времени обещают добавить элементы механизированного экзоскелета… Теперь у него даже есть возможность дождаться этого события.
— Что насчет отряда «Сура»? — вытолкнули вопрос губы Шина.
— Здесь, в полном составе, — с готовностью откликнулся детектив, — Кроме Накамуры, он в лечебнице. Сами знаете почему.
