Что тут забыл Акира, «Хайсо» не понимал. Молодой шиноби рассказал о своем чудесном излечении отцу, не мог не рассказать, слишком важно это было для семьи, слишком нужно. Отбор для таких как они чрезвычайно травматичен, множество перспективных кандидатов умирают или необратимо калечатся в процессе тренировок и становлений, за человека, умеющего исцелять даже такие сложные травмы, какие были у него, отца могли назначить новым главой клана.
Белоголовый просто не мог…
«Нет, не мог», — ответил он своим мыслям, отступая от мертвого техно-трона, на котором пытался ворочаться грузный гайдзин, которого заканчивал шить отец. Никак не мог. Освободившись от текущих дел, глава семьи обязательно бы ознакомился с историей лечения сына.
Обязательно.
Так что всё происходит так, как должно. Он прав, у них очень удачный день.
— Чего стоишь? — отец бросил короткий недовольный взгляд.
— Закончил, наблюдаю за ним, — тихо ответил потомок, не сводя взгляда с своего лежащего друга. Он прекрасно помнил, как Акира расправился с полутора десятками молодых женщин, а затем, насадив отрубленную голову одной из них на кол, спокойно мылся в бане, как будто бы не произошло ничего особенного. Опасность…
Воздух. Нет, не приятный чистый воздух вдали от этого вонючки, а что-то с воздухом. Он… движется? Тут сквозняк? Не может быть. Кирью? Тело, с подтекающей под него кровью не сдвинулось ни на сантиметр. Так откуда движение? Или он надышался этого ядовитого жира? Или это почти прошедшая после травмы голова?
— Я видел каталки, вези сюда две. Целитель и Стоун-сан поедут с комфортом.
Юноша замялся. На секунду, даже меньше, остро желая предупредить отца о том, что с Акирой нужно быть осторожнее… но отец, как всегда, уловивший заминку налету, тут же поднял бровь. На миллиметр.
Первое и последнее предупреждение. Наказание неотвратимо, но будет терпимым, если подчиненный немедленно исправится.
Сглотнув, он метнулся за каталками, почти сразу привозя назад, из соседнего помещения, первые. Установив их возле отца и ворочающегося ученого (и бросив
Он как раз раздвигал двери вторыми каталками, когда его приморозил к месту спокойный, равнодушный голос с металлическими оттенками в нём:
—
Акира вставал, неторопливо и размеренно, держась одной рукой за стену. Большой, угрожающий, до смешного медленный по сравнению с профессиональным лазутчиком, особенно таким, как…
«Отец, нет!!». Не мысль, а эмоция. Ему никогда не нужно было детально описывать в докладах бойцовские качества Акиры Кирью, да и у них не было времени, чтобы сын сумел рассказать родителю о возможностях одного из самых молодых и перспективных бойцов Токио, прозванного Мышонком, но… не всё можно предугадать.
Доля момента, когда мгновенно собравшийся старший шиноби исчезает даже из поля зрения собственного сына. Тягучая секунда, может быть с четвертью, за время которой Акира Кирью продолжает вставать на ноги, а затем — резкое, грубое, но совершенно непредсказуемое движение молодого гиганта, буквально выдергивающегося из невидимости чунина Ига, удерживая того за голову! Еще доля, ничтожная и совершенно необратимая крупица времени, нужная длинноволосому монстру для того, чтобы…
Сжать пальцы в кулак, моментально раскалывая голову отца «Хайсо», брызжа во все стороны костью, кожей, кровью и кляксами взорванного страшным давлением мозга.
Сын, зажатый каталкой в дверях, стоит и в оцепенении смотрит, как преданный им друг тратит следующую секунду на то, чтобы вырвать чистой левой рукой отравленный танто, выпадающий из рук убитого шиноби. Короткий свист и нож, совершенно не предназначенный для метания, втыкается в висок безумного ученого, так и не успевшего даже повернуть голову в сторону возможной угрозы. Мгновенная смерть.
А дальше они просто смотрят друг на друга все время, пока два трупа оседают на пол. Один, одетый в сероватую удобную форму, валится как старая половая тряпка, второй оплывает на собственном троне, так и не покинув его до самого конца. Акира Кирью, получивший яда достаточно, чтобы провести в больнице следующие две недели, стоит, внимательно разглядывая «Хайсо», а тот, в полном шоке, пялится на него.
— Ты убил его, — слова покидают непослушные губы белоголового, перед глазами которого только что произошло невероятное, — Ты…
— Нет, — спокойно возражают ему в ответ, — Насколько мне известно, главное качество для таких как вы — это умение грамотно оценивать обстановку, противника, подзащитного… всё, что только можно. Иначе вы не можете действовать эффективно. Именно ты, Хайсо, убил его.
— Я-я? — это не настоящее удивление. Прекрасно понимая, что начавший приближаться к нему Акира Кирью прав, тот, кого все звали «Онивабаши Хайсо», просто не понимает, что ему теперь делать. Глава семьи убит вне задания, авантюра стала катастрофой, а он… он…
