С: Чтобы нарушать законы, нужно их, хотя бы, знать. Нужно знать, в чем не соответствуешь, чтобы отстаивать право на это несоответствие и не теряться, когда скажут «нет троп и музыки». Уверен, нормальным людям, твои стихи понравились бы больше, чем творчество, например, одного твоего знакомого, тоже, типа, поэта, которому ты тоже написал с просьбой оценить и который, скорее всего, тоже закритикует.
Я: Короче, обидно, когда обсирают твои стихи! Старался, душу вкладывал…
С: Подожди еще – что про «прозу» скажут!
Я: К этому-то я готов…
С: Может, перерыв? Или уж до конца все 10 страниц? Чувствую, сегодня все равно нормально не раскроемся.
Я: Давай, 10 страниц до конца. Потом перерыв. А после перерыва попробуем раскрыться. Какие-то сгустки энергии в тексте уже проблескивают…
С: Так и будут проблескивать, а сплошным потоком не пойдет! Как оно было и в прошлой книге.
Я: Почему сегодня всю ночь ТЫ критикуешь и тормозишь?
С: Не знаю.
Я: Чувствуешь, что мне нужна пауза, чтобы наполниться энергией? Но я не наполнюсь, а просто усну. А завтра – все сначала. Днем не пишется из-за постоянных смс, потом придет мама, а ночью снова спать захочется. Да я и выпить завтра хотел…
С: Можно и выпимши писать…
Я: Хочу сегодня хоть что-то удовлетворительное родить. 28-я страница текста заканчивается. Пора! Причем, нужно родить такое, чтобы оправдало первые 28 бездарных страниц.
С: Отойди уже от системы координат – талантливо-бездарно, хорошо-плохо, интересно-неинтересно. Твое требование – понятность. У тебя понятно. И чтобы конкретно тебя грело. А тебя греет…
Знаешь, о чем ты сейчас пишешь? О том же, о чем и всегда – о страхе быть отвергнутым! Быть отвергнутым девушкой, обществом, читателями. Типа, вот есть где-то Люди, которые умные, красивые, смелые, богатые, веселые. И есть я, убогое чмо, и, вот, подойду я к ним, и они, как увидят мое убожество, то тут же засмеют, забросают камнями, предадут остракизму, разорвут, убьют, уничтожат!
Я: Это было бы неплохо разобрать на психоанализе… А если я уеду в Саров, насколько будет эффективен психоанализ по скайпу (ведь в Сарове психоаналитика не будет)? Не лучше ли остаться в Москве и работать снова в продажах, хотя бы для того, чтобы иметь возможность доходить на психоанализ? По-хорошему, мне нужно еще года три. И навряд ли скайп обеспечит такой же полноценный контакт с аналитиком, такую же динамику.
С: Несколько раз в год можно приезжать и видеться с аналитиком вживую. Особенно если учителем в школу пойдешь. Там же каникулы.
Я: Боюсь, уехать на пмж в провинцию – это похоронить себя…
С: Похоронить себя рядом с Пустынькой Преподобного Серафима Саровского?
Я: Хочешь сказать, что провинциальная унылость – это только внешний слой, под которым пульсирует настоящая живая жизнь Духа? Но, ведь, и в Москве есть монастыри и святыни!
С: Есть. Но и в Сарове есть. И там и там можно жить. Значит, нужно жить там, где удобнее.
Я: Короче, нужно еще подумать и помолиться о ясности.
