Можешь посмотреть порно и помастурбировать. Можешь написать девушке. Можешь написать своей первой, у которой, якобы сын. Можешь еще кому-то написать. Можешь помолиться. Можешь полчаса посидеть и подышать носом. Можешь полчаса посидеть и поповторять «ада нет».
Я: Вот и весь мой выбор!…
Чувствую я, только на удаленке работать смогу. Копирайтером удаленным. С такой откровенностью.
С: В продажах тоже можно. Там не проверяют, что в соцсетях пишешь и какие-книги выкладываешь.
Я: А учителем литературы?
С: Тогда книги нужно сильно поспокойнее писать.
Я: Думаешь, не смогу?
С: Не знаю. Пока не получается.
Я: Продажи все время отнимают… Давай, совсем как будто наедине?
С: Нет, давай так. Так – ок.
Я: Можно еще кино посмотреть или какой-нибудь другой девушке написать.
С: Можешь написать своему лучшему другу по переписке – 60-летней католичке из Беларуссии. Умная женщина. Примерно как твой психоаналитик. И первая «Книга-диалог» ей понравилась.
Я: И публиковать переписку?
С: Это как хочешь.
Я: Кому интересна моя переписка с какой-то белорусской бабушкой?
С: Спроси её, в 60 лет женщинам секса еще хочется?
Я: И запороть хорошую дружбу? Ради дешевого эпатажа перед воображаемыми читателями?
С: Может, напишем диалог для соцсетей?
Я: Пробовали уже – ничего не вышло.
С: Что-то вообще ни одного лайка на пост про алкогольный срыв… Текст длинноватый выложил. Лень читать людям.
Я: Ну Бог же управит? Я же честно Ему минут по 40 в день молюсь. Час в неделю с психоаналитиком и тот сильно жизнь меняет. А тут 40 минут с Богом каждый день!
С: Управит. Не сомневайся.
Я: Может, литературу обсудить? Я вот сейчас Буковски читаю. Из-за него, кстати, во многом этот запой и вышел. Заразил меня. Думал, тоже, если нажрусь, сразу стану успешным писателем и женщины будут меня любить (из-за фильма «С легким паром» так миллион раз нажирался). В итоге – просто нажрался и все. Работу потерял.
С: Но лайков 25 на сообщение про то, что ушел в запой после 145 дней трезвости, было.
Я: Падальщики сраные! Типа, поддерживают и сочувствуют, а по факту радуются чужому падению. А выправился, в себя пришел – ноль лайков.
С: Просто люди видят, что ты уже и так выправился и поддержка тебе не так нужна.
***
Я: Мама позвонила. Прервался. Разговор не буду пересказывать…
Первый лайк в соцсетях…
Попишем еще, или к маминому приходу еду приготовим?
С: Давай попишем. Писательский эгоизм – важная составляющая творческого успеха.
Я: Прошлую книгу я когда писал, особо не отвлекался на соцсети. А эта – просто отчет о переписке в соцсетях. И сейчас вот отвлечься хочется.
С: Хочется написать якобы матери второго сына: «А что, твоя мама, поддерживала тебя в том, чтобы столько лет про ребенка не говорить?»…
Хотя и так ясно – поддерживала (если, конечно, все правда). Мамы они всю жизнь в такой херне дочек поддерживают. Может, даже инициатором и была…
