Пусть даже, психологически обнажаясь, ты не демонстрируешь ничего из ряда вон выходящего. Эта посредственность и есть твоя честная, предельная нагота. И это выматывает…
Если заставить танцевать стриптиз человека с посредственной фигурой, он ведь будет не меньше нервничать, чем аполлон. Даже больше. С эмоциональным стриптизом – то же самое.
Я: Раньше ты мне помогал, а сейчас – нет.
С: Есть такое…
Я: Может, помолиться 40 минут? Бог всегда помогает!
С: Давай, попробуем высосать из этого текста какую-то отвлеченную от событий твоей жизни суть?
Я: Мне кажется, у нее просто парень появился. И она защищает те реальные отношения от меня. И все мои любовные порывы, даже платонические, неуместны…
Такие парни, какие обычно у нее, таких вещей не понимают…
С: Расскажи по свои страхи, а потом, если что, не будем публиковать.
Я: Боюсь мужа той тетки! Она и сама какая-то странная… И боюсь об этом говорить. Даже здесь. Даже если не опубликуют.
С: А о чем тогда?
Я: Может, про работу рассказать? Как уволился? Про скандал тот?
С: Ну расскажи.
Я: Не хочу про работу! Хочу про страхи. Я вот первую книгу опубликовал, а там такое!
С: И чего ты боишься?
Я: Что девушка, в которую сейчас влюблен (не тетка со страшным мужем и не та, из-за кого запил и уволился с последней работы, а та, с которой только что переписывался вконтакте), прочитает, обидится и ее очередной парень меня убьет. Я, ведь, и в первой «Книге-дилоге» про нее пишу…
С: Ну ты же поменял ее имя в книге. Да и книг она не читает. Сама тебе так и сказала: «Книг все равно не читаю. А то, что ты про меня написал – мне не жалко». При том, что ты предупредил ее, что описываешь ее в циничных выражениях.
Я: Ей же 19 лет! Сейчас так говорит, а потом прочитает и обидится. И нажалуется какому-нибудь юному качку.
С: Да уж! Реально, паранойя!
Я: Или боюсь, привлекут за порнографию…
С: По сравнению с Буковски и Сорокиным у тебя в той книге детские шалости, а не порнография.
Я: Дай, я реально помолюсь, хоть, минут 20? И ты помолись.
С: Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Аминь.
***
Я: Вообще, думаю, можно, как и с прошлой книгой, в качестве кульминации взять причастие…
Причаститься на Рождество. И потом за несколько дней дописать.
С: Можно.
Я: Хочешь сказать, что Бог не допустит, чтобы муж той тетки меня зря убил?
С: Либо, если это случится, то это будет воля Божья.
Я: Давай, уже оставим эту тему! Давай, про девушку?
С: Давай, о чем-нибудь другом? А то ты ее уже сегодня донял.
Я: Я не знаю о чем! Куда не кинь – везде страшно!
С: Расскажи, как тебя уволили? Почему ты напился? Вот! Давай проанализируем, почему ты напился.
Я: Побоялся к ней подойти. И даже позвонить. А смс писать, подумал, стремно…
В смысле, к той коллеге по работе, в которую влюбился (не к той девушке, которой сейчас романтические сообщения в соцсетях пишу, и не к той тетке, которой тоже в соцсетях писал непристойности по пьянее и чьего мужа сейчас боюсь), побоялся подойти.
С: Взрослый дядя, был до этого 7 лет женат, и побоялся к девушке подойти?
Я: Ну и что? У меня задержки в развитии. Я как в юности боялся женщин, в которых влюблен, так и теперь боюсь.
