— А что касается оружия, сэр, — продолжал монитор, — вы сможете найти кое-что полезное в моем самом нижнем левом выдвижном ящике, под чулками.
— Надеюсь, более полезное, чем это. — Шелк закрыл шкаф.
— Прошу меня простить, сэр. Похоже, в последнее время хозяйка совершила множество покупок, о которых мне не сообщили.
Шелк не слушал его — в коридоре раздались злые возбужденные голоса. Он открыл дверь в гостиную и слушал, пока они не растаяли вдали, — рука на стеклянной защелке двери будуара, сердце стучит как сумасшедшее.
— Вы уходите, сэр?
— Мне показалось, что ты сказал «левый ящик».
— Да, сэр. Самый нижний из выдвижных ящиков, слева от вас. Но я ничего не обещаю, сэр. Хозяйка хранит там маленький игломет, или, возможно, я должен сказать, она так делала не так давно. Может быть, однако…
Шелк уже рванул выдвижной ящик. Ощупав то, что казалось по меньшей мере сотней пар женских чулок, его пальцы нашли под ними не один, а два металлических предмета.
— Иногда хозяйка довольно беспечно относится к предохранителю, сэр. Быть может, вам стоит быть предельно внимательным, пока вы выясняете его состояние.
— Я даже не знаю, что такое предохранитель, — прошептал Шелк, осторожно извлекая первый предмет.
Это действительно был игломет, искусно гравированный и позолоченный, но настолько маленький, что легко помещался на ладони; рукоятка из слоновой кости, размером с большой палец, была инкрустирована золотыми гиацинтами, у основания прицела маленькая цапля внимательно разглядывала золотой пруд в поисках рыбок. На мгновение Шелк, знавший, что такое гармония, растерялся от безупречной тонкой работы, которой сверкала каждая поверхность. Ни один священный предмет в его мантейоне не был и наполовину так прекрасен.
— Если из него выстрелить, он уничтожит мое стекло, сэр.
Шелк рассеянно кивнул:
— Я видел иглометы — на самом деле сегодня ночью я видел два, — которые могли бы проглотить этот.
— Вы сказали мне, что не знаете, что такое предохранитель, сэр. На любой из сторон игломета, который вы держите, вы увидите маленький подвижный выступ. Если его поднять, это помешает игломету стрелять.
— Вот это, — сказал Шелк. Как и сама рукоятка, каждый крошечный выступ был отмечен гиацинтом, хотя эти были так малы, что их совершенные цветки казались почти микроскопическими. Он опустил один из выступов, и за ним последовал второй. — Будет ли он теперь стрелять?
— Я так думаю, сэр. Но, пожалуйста, не направляйте его на мое стекло. Теперь стекла невозможно восстановить, искусство их производства было забыто, когда…
— Огромное искушение, тем не менее.
— Если вы разрушите мое стекло, я буду не в состоянии передать ваше сообщение Гагарке, сэр.
— В этом случае в нем вообще не будет нужды. Я предполагаю, что этот гладкий стержень внутри кольца — спусковой крючок.
— Мне кажется, что вы совершенно правы, сэр.
Шелк направил игломет на платяной шкаф и нажал на спусковой крючок. Послышался резкий треск, как если бы щелкнул детский кнут.
— Не похоже, что он что-то сделал, — сказал он.
— Шкаф хозяйки — не живое существо, сэр.
— Я никогда не думал, что он живой, сын мой. — Шелк наклонился и тщательно проверил дверь шкафа; дыра, не намного толще волоса, появилась на одной из полированных панелей. Он опять открыл дверь шкафа. В некоторых, хотя и не во всех, платьях, оказавшихся на линии выстрела, зияла дыра с рваными краями, как будто их проткнули тупым клинком, лишь слегка более узким, чем его указательный палец.
— Ты знаешь, я должен был бы использовать его на тебе, сын мой, — сказал он монитору, — ради безопасности Гагарки. Ты — только машина, вроде счетчиков на нашей площадке для игры в мяч.
— Я машина, но не
Кивнув главным образом себе, Шелк поднял вверх предохранитель и опустил маленький игломет в карман.
Второй предмет, спрятанный под чулками, по форме походил на букву
— Не будет ли для меня самым подходящим сейчас уйти, сэр? — спросил монитор.
Шелк покачал головой.
— Что это?
— Не знаю, сэр.
Шелк, сузив глаза, посмотрел на монитор:
— Можешь ли ты лгать, будучи доведенным до крайности, сын мой? Сказать неправду? Я довольно неплохо знаю одну хэм; и она может, во всяком случае она так говорит.
— Нет, сэр.
— Что не делает меня ни на капельку умнее. — Шелк опять уселся на стул.
— Полагаю, что вы правы, сэр.
— Я, кажется, знаю, что это такое. — Шелк поднял Т-образный предмет так, чтобы монитор мог его видеть; тот сверкнул, как отполированное серебро. — Я бы оценил твое подтверждение и инструкцию, как им пользуются.
— Боюсь, не могу помочь вам, сэр, хотя был бы рад услышать ваше мнение.
