– Ну, представители, что так стоять? Представляйте. Ты – Кристина. Пока постой тут в сторонке, от тебя сейчас ничего не зависит, тебя еще нет. А ты…
Я не умею, хотел сказать я. Меня многому учили, но не этому. Я никогда этого не делал, я не знаю, как. Я не умею представлять.
– Ты – Тир, – сказала Рыжая.
И огонь вошел в меня.
– Ну что, девчонки? – подпрыгнула Рыжая. – Круто! Мы здесь, представители потерпевших здесь. Можно торговаться!
– Мне без надобности, – пожала плечами Черепушка. – Но я тебя поддержу.
– У меня ффё ефть, но почему не помочь? – сказала Кровопийца.
– Тогда я возьму себе всё! – обрадовалась Рыжая.
Тир вздрогнул.
– Что значит «возьмешь всё»? Вы же говорили, что ничего не берете лично себе, всё для дела.
– Мало ли что мы говорили тогда! – ощерилась Рыжая. – Тогда мы не торговались, а рассказывали, как на самом деле. А сейчас я буду торговаться. А если ты такой умный, то я тебе такую цену заломлю, что по гроб жизни не рассчитаешься, ни ты, ни твой представитель, ни…
– Ладно, я согласен, – опустил голову Тир. – Торгуйся.
Ему было почти всё равно, что она потребует. Слишком ясно он ощущал мир вокруг – большой, огромный, бесконечный, прекрасный, совершенный. В мире был один-единственный изъян: из него изъяли Кристину, все ее дни и дела, ее вздохи, ее песенки, ее тонкие хриплые вскрики, ее ворчание, отпечатки ее пальцев на всем, чего она не коснулась в новой версии Вселенной, даже волоски, приставшие к свитеру мужа, даже почти зажившую случайную царапинку от ее ногтя на тыльной стороне его ладони. Тир зажмурился и увидел царапинку вчерашними глазами. Открыл глаза – и не увидел ее.
– Это ты еще не в полную силу чувствуешь, – прошептала Рыжая. – Это ты еще не до конца представил.
Тир почти задохнулся в безвоздушной пустоте.
– Стой-стой, сильнее не надо! Ты же представитель, ты здесь нужен, чтобы чувствовать, но не до конца. Вот так, как сейчас, и хватит.
Тир кивал, прижимая ладони к груди. Там жгло и горело.
– Не выпускай это наружу. Просто слушай меня. Так и будет теперь всегда. Если бы твоя жена просто умерла, была и закончилась, ее можно было бы оплакать и забыть. Отгоревать несколько лет, утешиться. Как все. Но невозможно забыть того, кого никогда не было. Это очень, очень гнусная ловушка. И теперь с тобой всегда будет так. Если мы не договоримся.
– Так договаривайся, – попросил Тир.
– Что нужно для дела? Нужно, чтобы твоя жена забеременела. Тогда она появится.
Тир нахмурился.
– Но она же и так беременная…
– Тир, ты фофсем дурак? – вмешалась Кровопийца. – Как она мофет быть беременной, когда ее не фуфефтфует?
Тир только сильнее вдавил ладони в грудь, ответил бесцветным голосом.
– Хорошо, пусть забеременеет.
– Ну вот, вопрос решен. Только у меня еще одна просьба. Лично для себя. Вы согласны? Кристина, ты уже почти есть, ты тоже можешь отвечать.
Тир услышал ее молочный голос:
– Чего ты хочешь, малышка?
– Ты родишь меня?
Я понял, что соглашаться никак нельзя. Это будет такое предательство по отношению к Тиру, что и слов таких нет.
– Нет-нет-нет, – замотал я головой. – Ни за что. Нет.
– Да-да-да! – пропела Рыжая. – Нечего нести отсебятину. Тир сказал бы «да» – вот и ты говори. Что я, за тебя отдуваться должна? Ты представитель, ты и представляй.
Я представил. И увидел, что правда, Тир сказал бы «да». Но я еще попытался выторговать для него скидку.
– Ну чего ты так уперлась? – сказал я самым мягким голосом, как с капризным ребенком.
Рыжая подбежала ко мне, топая крошечными ножками, взмахнула кулачками размером с вишневую косточку – и как заорет:
– Потому что я хочу нормальную голову, блин!
После этого всё стало проще. Тир сидел на матах, обнимая Кристину, та держала на руках рыжеволосую большеголовую куклу, пальцами расчесывала и распутывала ее канеколоновые локоны.
– Вообще-то нам сказали, у нас будет мальчик, – почти с грустью заметила она.
– Мальчик? – Рыжая скривилась. – Вот это я попала… Черт, черт, черт. Ладно, переживу, это ненадолго.
Тир нервно откашлялся.
– Значит, ты теперь будешь вместо моего сына?
– Ты еще не понял, боец, – все еще кривясь, ответила Рыжая. – Я и есть твой сын. Это я с самого начала. Другого никогда не было. Как бы тебе попроще объяснить? Пока мы с тобой сейчас не договорились, Кристина не забеременела полгода назад. Почему получился мальчишка, этого я не знаю. Но это точно я. Теперь идите домой и сделайте меня, как будто это происходит полгода назад. Ну что, справитесь?
Рыжая смотрела на меня с большим сомнением, и я попытался сказать, что это получается перебор, я не хочу – но Тир потянулся губами к затылку Кристины, к невесомым почти бесцветным завиткам под высоко уложенным узлом светлых волос, и я понял, что моему счастью просто нет ни времени, ни места в этом мире, где у Тира есть, на самом деле есть жена. Они обнялись и пошли наружу. Не знаю, как это выглядело со стороны, кому что мерещилось и мстилось, но нас никто не остановил.
