– Не то чтобы дорого, – покачал головой Док. – Это трудно объяснить. Вот для начала: заранее неизвестно, с кого они потребуют плату. Может, с меня. А может с Тира. А то и вообще с тебя.
– А с меня за что?
– Они не «за что» берут, а «для чего». То, что им – или не им, а вообще, – нужно, чтобы сделать запрошенное. Так что это и не плата на самом деле. Расходные материалы.
– А, это как они с меня в тот раз взяли – сном и кровью.
– Вроде того.
– Так они что, бесплатно работают?
– Нет, но это никого, кроме меня, не касается.
– Тогда вопросов нет, – согласилась Ягу, а вот Клемс готов был спрашивать и спорить, но Док слегка сжал его ладонь, и он тоже согласился – подождать с вопросами.
Я бы ревновал, если бы в этом был хоть какой-то смысл. Я бы завидовал, но в этом смысла не больше. Я последним вошел в этот круг, и место мое было – с краю, а они были в центре, они и были центром, а я летел вокруг них по бесконечно удаленной орбите, и я даже не мог себе позволить хотя бы смотреть вдосталь. Но я мог слушать – как они говорят между собой, какими короткими фразами обмениваются, как легко понимают и соглашаются друг с другом, как верят, как друг друга берегут. Ладно, и мое время когда-нибудь придет здесь.
– Енц, ты как? – спросил Док. – Тебе тоже тогда пришлось отдуваться.
– Да ладно, – махнул рукой Енц. – Ночь сурка… Не самая беспокойная ночь в моей жизни, уж поверь. Страшные они, это да. А так – ничего, девчонки как девчонки.
– Ну, тогда… – он оглянулся на Клемса, и тот одним движением переместился к шкафчику Дока и вынул сверток: в несколько оборотов намотанный один из бесподобных доковых шарфов, точным и нежным движением – как живое – положил сверток в протянутые ладони.
– Дамы и господа, позвольте вам представить…
Док аккуратно развернул шарф, и все увидели, что в нем скрывалось. Три куклы в кружевных платьицах, непохожие друг на друга, но сразу видно: подружки. А еще как-то всем было очевидно, что за Дока они любого порвут, причем это не метафора.
А хотя – чего там, куклы как куклы. Одна с выбеленным лицом, разрисованным, как праздничный череп, другая с острыми клычками поверх нижней губы, третья обыкновенная, рыжая, только голова у нее была чуть не в половину ее роста.
Док сказал:
– Некоторые из вас их помнят, некоторые, видимо, нет. Это не важно. Я хочу, чтобы каждый решил, идет ли он на это дело. Это не задание. Никто не может приказать. Даже просить. Даже Тир.
Короткий взгляд в глаза Тиру. Тот кивнул. Дальше:
– Но дела обстоят так. Похоже, у Тира действительно раньше была жена, а теперь ее нет и не было. Боюсь, что за происходящее придется отвечать мне, потому что я это начал. Если кто-то из вас помнит, мы потеряли Клемса в бою у Климпо, и девять лет его не было с нами, хотя сейчас вы знаете, что он был.
Тут Док вкратце рассказал, как он собрал девять слонов и проломил их яростью стены Аида, но застрял там, не смог выбраться, ни с Клемсом, ни один… Впрочем, как я понял, один он выбраться и не пытался. Енц и Ягу дополнили его рассказ своим отчетом – и я даже вспомнил, как мы Дока хоронили, и как потом всем досталось что-то из его наследства… всем, кроме меня. И как этих кукол то находили, то теряли в вещах Дока, вот точно так, как сегодня забывали, чем мы заняты и почему. Обнаруживали разряженных в кружево и оборки кукол, слишком громко удивлялись, немедленно забывали о них – пока не всучили Ягу, «потому что она девочка». Наследство Дока, погибшего под Климпо. Теперь я это вспомнил. Было непередаваемо странно одновременно чувствовать то горе и бессилие – и видеть глазами живого, сильного, уверенного Дока. Я бы сказал, спокойного, потому что он так выглядел. Но спокойным он не был.
– Сделанного не воротишь, да я бы и не стал. Но раз что-то нарушилось и никак не устаканится, придется выравнивать. Одного меня для этого недостаточно. Кто-то может присоединиться к экспедиции, строго добровольно. Тогда есть шанс вернуть жену Тира. Я с барышнями, – он приподнял кукол, – пойду в зал. Кто придет, с тем и пойду. Кто не придет, к тому никаких вопросов, даю слово. Всё, пока.
И ушел, а Клемс с Тиром едва не столкнулись в дверях, несмотря на всю свою выучку, потому что каждый хотел успеть за ним первым. А я что? Я просто хотел быть с ними, мне это было необходимо. И я встал и двинулся за ними, но Ягу, понимаете, Ягу сказала: «Не лезь, новичок». Я посмотрел ей в глаза… и не полез. Всего лишь мгновение растерянности – и всё, она скользнула в проем, и дверь мягко закрылась за ней. Ладно, значит, будет не так красиво, как мне хотелось.
Краем глаза увидел, что Енц тоже идет.
В конце концов, в зале мы снова были все вместе, все до одного. Док не удивился, но и не обрадовался. Расстелили на полу маты, усадили чертовых кукол в центре, сами легли вокруг, взялись за руки. В первый раз, что ли, засыпать по команде…
